Держись от них подальше. Часть первая

Бабушка, Полина Матвеевна, встретила ее напряженным взглядом. Александра не выдержала и сразу, с порога, ей все рассказала.

– Что мне теперь делать? – закончила она рассказ.

Полина Матвеевна ответила жестко и не задумываясь:

– Держаться от них подальше. Большую беду Николай притянул. Всех утащил за собой. Не мог он там выжить. В закрытых гробах всех хоронили. – Произнесла и поникла. Опустилась на стул. Сложила руки на коленях.

Александра затаила дыхание. Об этом бабушка обмолвилась впервые.

– На антресоли… чемодан… – С трудом, словно задыхаясь, начала Полина Матвеевна.

Небольшой старый чемодан прятался в углу за коробками. Через пять минут он стоял на столе. Ключик от замков привязан веревочкой к ручке.

Полина Матвеевна сама открыла замки, подняла крышку чемодана.

Александра смотрела с изумлением на новые вещи с этикетками, сложенные в чемодане: простая нижняя сорочка, темно-синее платье, чулки, платок, тапочки. Там же коробка, завернутая в фольгу.

Александра протянула руку к коробке.

– Не смей!

Голос бабушки показался Александре непривычным и резким. Она замерла в недоумении.

Ловкие бабушкины руки разворачивали фольгу с неестественной медлительностью, словно оттягивали печальный момент. В коробке обнаружились фотографии.

– На них беда запечатленная, но не смогла я их сжечь, – с тоскливой обреченностью произнесла Полина Матвеевна едва слышно. Беззвучно шевеля губами, она с осторожностью гладила ладонью каждую, прежде чем передать фотокарточку Александре.

Это оказались именно те фотографии, которых не доставало в семейных альбомах. Александра была уверена: они потерялись при переезде. Во всяком случае бабушка так говорила.

Здесь, на фотографиях, рядом с мамой и бабушкой были незнакомые лица.

Бабушка хмурилась и молчала, медленно перебирая фотокарточки. Александра сидела рядом, боясь нарушить тишину. Она смотрела на бабушкины руки, бережно раскладывающие незнакомые снимки.

Ласковые, заботливые руки, когда-то изящные, теперь с узловатыми пальцами, потемневшей, истонченной, сухой кожей.

Даже в редкие минуты отдыха бабушкины руки продолжали трудиться. Она перебирала и раскладывала сушеные травы, зашивала оторванный карман на внучкиной куртке и еще находила для себя множество дел.

Но больше всего Александра любила, когда бабушкины добрые руки расчесывали ее волосы.