Зонты

И кто-то даже слушал их

И говорил: «Хороший стих»,

Я – тьфу, тьфу, тьфу – и пряталась в сторонку.

Но Ты меня разоблачил,

Ты знал – без видимых причин

Молитвы не читаю и иконки

Не достаю. Жую-плюю,

Смеюсь, шлифую колею,

Но хмурю лоб, зайдя в святое место.

А со стола кладу в пакет

Остатки пира – на обед,

В Твои глаза посматривая честно.

А там, где пир – там и скандал.

Да кто б меня перекричал

Про совесть, про Тебя и покаянье!

Но завершится пир, и свет

Погаснет.

И мне Ты про меня раскроешь тайну.

Ну а пока – я ем и пью,

Меня пускают, как свою,

Сажусь за стол и скромно прячу глазки.

Нет, нет, плясать я не пойду.

Я не люблю быть на виду,

Мне – угощаться, им – пускаться в пляски.

Но я в сомненьях – веришь мне?

Боюсь с Тобой наедине

Остаться в тишине, звенящей грозно.

Одежды нет, слова не те,

Лишь мысли зримы в темноте,

А их менять, наверно, будет поздно.

Ну а когда зажжётся свет —

Пойму: меня, должно быть, нет.

А может, и останется немножко.

Мое «немножко» в эти дни

Во тьму обратно – не гони,

Ведь мне теперь достаточно и крошки…

    2006

Весы

Не сравнивайте горе на весах,

Его считают в разных единицах:

Своё, чужое… Сколько весит страх?

И сколько надо мыла, чтоб отмыться

От клеветы? Ни капли новизны:

Цвет кожи, кошелёк и медь на трубах…

Когда весы черны (красны, грязны) —

В итоге под чертою будут трупы.

А тяжесть добрых дел и лёгкость зла?

Да, есть на свете бремя – пуха легче.

Но кто к нему примерился и взял,

Тот понял, что несли Христовы плечи.

Всё остальное – лживые слова,

Без веса, наполнения и смысла.

Могу поднять ведро – едва-едва,

Но вдвое будет легче коромысло.

А взвесить время? Нить – или клубок?

Разуйтесь, и часы снимите тоже,

Взойдите на весы, чтоб мир умолк,

И тихо прошепчите: «Подытожим».

…Берёшь чужое – отдаёшь своё,

И тонна пустоты – совсем не тонна.

Но в сумке, мною собранной в полёт,

Весомее всего кусок картона.

    2012

Молитва

Облегченье моё Ты прими как молитву

Благодарности трепетной. Нового дня

Проиграть я боялась жестокую битву,

Но беда и судьба не настигли меня.

Я, конечно, сильней бы себя наказала…

Где ущербностью мне милосердье понять!

Я привыкла давно начинать всё сначала,

Всякий раз заводя чистовую тетрадь.