Пуговица. Утренний уборщик. Шестая дверь (сборник)

Я же демонстративно – в два слоя! – намазывал красную икру на кусок хлеба под ироничным взглядом Лизы. После этого случая мое общение с тестем прекратилось. Он старался избегать меня, Лиза принимала нас одна. Но это было еще мучительнее. Ближе и роднее мы не становились (да этого и не могло произойти!), в ее глазах я продолжал быть плохим зятем. Это было очевидно. И только Лика, как всегда, светилась счастьем и лишь изредка фыркала в кулачок. Все, что происходило вне родительского дома, ее вполне устраивало.

4

Мы возвращались домой, проходило два-три дня, все становилось на свои места.

Я ходил на работу, Лика ждала меня, красиво сервируя стол к ужину. Это мне нравилось. Я становился обывателем. А скорее всего, всегда им и был. В какой-то момент мне захотелось большего комфорта. Именно мне, а не ей. И вот в этот момент (который я до сих пор вспоминаю с ужасом и отчаянием) на глаза мне попался шкаф…

Я никогда не беспокоился об обустройстве своего быта, но однажды, когда мы с Ликой прогуливались у привокзальной площади, обратил внимание на вывеску нового мебельного салона, и мой взгляд скользнул по витрине.

В ней красовалось оригинальное «сооружение» – целая комната из дуба с резными узорами и всякими шишечками.

– Смотри, – сказал я, – вот к чему я бы обратился на «вы». Помнишь, как у твоего любимого Чехова: «Многоуважаемый шкаф!..»

Лика засмеялась.

– Да это и не шкаф, – продолжал я, – это настоящее «дворянское гнездо»! В нем можно жить!

– Мы можем его купить? – спросила Лика, которая мало интересовалась финансовым положением нашей семьи.

– Мы просто обязаны это сделать! Идем!

Мы зашли в магазин, и там выяснилось, что это – экспериментальная модель, единственный экземпляр. Выставлена для изучения покупательского спроса. Лика огорчилась.

– А когда же вы изучите этот самый спрос?

– Месяца через два. Не раньше, – ответил продавец. – Вот тогда и начнем принимать заказы.

– Ой, как жалко! – всплеснула руками Лика.

Всю дорогу я успокаивал ее.

– Но это же единственная вещь, которую тебе захотелось прибрести за все это время! – не унималась она.

 – Я хочу, чтобы твои желания всегда исполнялись!

– Да черт с ней, с этой деревянной коробкой!

Я уже жалел, что потащил ее в магазин, – она воспринимала все слишком серьезно. Мне пришлось срочно придумывать что-то, и в следующем магазине я «положил глаз» на роскошный, но довольно пошлый комплект постельного белья. Потом мы купили торшер и антикварный письменный прибор.