Царство черной обезьяны

– Май? Наш песик нашелся? Так что, эта кровь – его?! – Южный темперамент, что тут скажешь. Вот и слезы хлынули полноводным потоком.

– Успокойся, теперь все будет хорошо. Он поправится. – И я вкратце рассказала о сегодняшнем происшествии.

И хорошо, что вкратце. А еще хорошо, что мои вещи Катерина сложила обратно в пакет.

Потому что послышался топот маленьких ножек, и в спальню вбежала разрумянившаяся после сна Ника:

– Мамсик! Ты где была так долго?

– Машину ремонтировала. – Я подхватила на руки теплое тельце, и мы устроили обнимашки.

 – Перепачкалась вот вся, пришлось просить тетю Алину дать мне свою одежду.

– А твоя где?

– Там, в мешке, – как можно небрежнее кивнула я.

Ника мельком глянула на пакет, который медленно удалялся из комнаты, прижатый к груди бабы Кати, снова потянулась ко мне, но вдруг замерла. Взгляд девочки стал сосредоточенным, она словно прислушивалась к чему-то. Потом спрыгнула с маминых коленей, подбежала к Катерине и требовательно протянула руки:

– Баба Катя, дай!

– Что тебе, детонька?

– Дай мешок!

– Зачем? Там грязные вещи, испачкаешься.

– Я хочу посмотреть!

– Ника! – Я встала с кровати и подошла к дочери. – Что еще за капризы? Нечего тебе там копаться, баба Катя права.

– Мамсик! – Малышка от нетерпения даже подпрыгивала, пытаясь дотянуться до высоко поднятого пакета. – Мне надо! Там… Там Май!

– Где Май? – Ну вот и попробуй утаить что-нибудь от ребенка-индиго. – В пакете?

– Нет! – Дочка начала злиться. – Я что, совсем глупая, да? Май в этот пакет не поместится, потому что он очень большой.

Но… Мама, я не могу рассказать правильно, но он там! И… И ему больно сейчас! Дай, баба Катя-а-а-а!

Расплакалась. Лапыш мой родной, ты очень тоскуешь по своему мохнатому другу, я знаю! Я просто не хотела, чтобы ты видела нашего собакевича изуродованным и беспомощным. Надеялась вернуть здорового, веселого и крепкого пса, такого, каким он был раньше. Не получилось.

– Никусь, – я кивком попросила Катерину выйти и взяла на руки горько плакавшую малышку, – не плачь.

Май нашелся, я нашла его сегодня.

– Правда? – Залитые слезами невозможные глаза дочери смотрели на меня с такой надеждой, что мне захотелось стукнуть себя чем-нибудь потяжелее. Нет чтобы сразу обрадовать ребенка, устроила тут спектакль. Жаба, вот ты кто.

– Да, солнышко, правда. Это случайно получилось.

– А где он был? И почему ты не привела его? И почему Маю больно сейчас? – Вопросы перемежались судорожными всхлипами.