Бог с синими глазами

 – Причем, по ее заверениям, знает вся столичная тусовка. Но я все равно держалась стойко, как партизан на допросе, и ни словом не подтвердила ее рассказ, а обозвала все сплетнями. Вот какая я стойкая и непоколебимая!

– Молодец! Благодарность от лица командования!

– Только от лица?

– Ага, сама меня одергивала, а потом подначивает! – возмутился было Лешка. – Ну ладно, с благодарностью разберемся дома. А что касается слухов про нас – пусть болтают. Будем стойкими и мужественными в борьбе с желтой прессой, хорошо? И давай быстрей домой, а то у меня осталась всего одна неделя перед гастрольным туром, не забыла?

– Ох, Лешка, – расстроилась я, – забудешь разве! Целых полтора месяца тебя не увижу.

Раньше хоть на 10 дней, максимум на две-три недели уезжал, а тут – вон на сколько!

– Ну зайцерыб, ну не мучай ты меня. – Бедный мой Лешик, даже голос дрогнул! – Что же сделаешь, если этим летом так все сложилось – весь июль фестивали, конкурсы всякие, да еще и концерты по всей России.

Я же предлагал тебе ехать со мной.

– Ага, и делать вид, что мы незнакомы, – шмыгнула носом я. – И что легче?

– Согласен, – уныло протянул Лешка. – Но ведь ты поедешь вместе со своим Таньским в Египет на целых 24 дня! А знойные арабы скучать не дадут.

– Болван ты, муж мой, если честно. Какие еще арабы, это пусть Таньский развлекается. А меня после Таиланда не очень, между прочим, к воде и тянет.

– Ничего-ничего, надо эту фобию преодолевать. Ну ладно, хомка, тут уже Виктор пришел, топчется и подслушивает. Когда тебя ждать?

– Завтра утром, – улыбнулась я. – Я позвоню.

– Да уж постарайся, беспамятная.

И Лешкин голос растаял в телефонных проводах. Сзади раздалось покашливание. Я обернулась. В дверях, скрестив руки на груди, стояла Светка и ехидно улыбалась:

– Даже спрашивать не буду, с кем говорила.

А Илонкины слова подтверждает идиотски-счастливая улыбка, гуляющая по твоей физиономии. Теперь пошли на кухню, и ты мне все обстоятельно расскажешь. А заодно и про Таиланд, и про арабов, и про море.

– Ну ладно, – смирилась я со своей участью. – Пошли.

ГЛАВА 5

– Ну ты даешь, дорогая моя подруга! – удивленно протянула Жеймовская, когда Шахерезада закончила дозволенные речи.