Бог с синими глазами

После долгой и слякотной зимы, которая начинается в ноябре, а заканчивается в апреле, после отвратительно-нудной, но одновременно очень напряженной и выматывающей работы бухгалтера все это – море, солнце, ритм дискотеки под звездным небом, когда в перерывах между композициями слышен шум прибоя (ведь дискотека расположена на пляже), – все это действительно кажется сказкой, чудом, другой планетой. Но если, предположим, что-то подобное можно себе представить и ощутить, побывав на отечественных курортах – в Сочи или в Крыму, то одного, самого главного и притягательного компонента там точно нет – всепроникающей и обволакивающей чувственности.

Воздух просто искрил от эротического напряжения.

А вокруг Таньского уже давно метались маленькие шаровые молнии, лазутчики мужских желаний. Каждое ее движение было настолько соблазнительно, что мне казалось – вот-вот раздастся жеребцовое ржание и мою подругу затопчут. Если не сами жеребцы, то уж кобылы точно. Из чувства мстительности.

Но все заканчивается, закончилась и дискотека.

Впереди было самое трудное – дорога в номер. Осторожно ступая между вырытых копытами ям и лужиц накапавшей слюны, мы направились вместе с остальными в отель. Остальные довольно быстро рассыпались на парочки и троечки, и спасительной толпы вокруг уже не было. Дорожка, ведущая к корпусу, была густо обсажена кустами роз, которые, мерзавки такие, подливали розового масла в огонь, благоухая изо всех сил. То там, то сям, но чаще всего сям, в кустах наблюдались бутоны-гиганты, причем все, как на подбор, черноволосые. Когда мы, сцепившись ладошками, с максимально независимым видом проходили мимо очередного сям, бутон вываливался на дорожку и на ломаном русском выдавал фразу типа:

– Дэвушка, зачем спать, давай гулять!

Убила бы этого типа. Того, чья фраза. Поскольку мы с Таньским реагировали на очередного бедолагу не больше, чем на настоящий розовый куст (нет, вру, настоящий розовый куст иногда хочется понюхать, а вот этих парнишек – нет), и молча проходили дальше, в игру вступал очередной претендент.

«Ручеек», блин!

В номер мы пришли, оставив позади не меньше десятка подстреленных Таньским экземпляров.

– Нет, ну ничего себе! – обрушилась я на довольно улыбающуюся подругу. – И ты, поганка такая, морочила нам с Лешкой голову, что заботишься исключительно о моем здоровье и только поэтому поехала вместе со мной. А на самом деле я тебе нужна лишь как личный бодигард-штабелеукладчик.