Поющее сердце поэта. О творчестве поэта Владимира Силкина

И хотя мир задыхается гарью, и павшие вспоминают: «Кто я? Где я? И что вокруг за темнота?», и невозможно сдержать возглас: «Друзья мои, да что ж все пули в нас…», и в трагической судьбе чернобыльских сёл уже заполнены страницы, и оседают на дне потонувшие корабли, разбиваются самолёты, а «я ещё не вернулся с войны, по горам мои думы блуждают, по-бандитски меня со спины волчьи дети ещё поджидают», и звучит в его лирике щемящий мотив собственной невечности на земле: «Скрипит земля, в ночи вращаясь, устав за миллионы лет, и я прощаюсь, я прощаюсь с тем, что навек оставит след», – Россия неизменно стоит перед взором поэта в торжественной яви, открытости, как вселенский дом, знакомый и выписанный художественной кистью во всех своих чертах.

Прочно стоит. Ничто в России Владимира Силкина не укрыто от его сыновне-хозяйского взгляда. По воле его встречает «на земле человек человека».

Все тайны мира явила, поведала Россия преданному ей сердцу поэта.

Внезапна и неразгаданна лишь одна:

Ты слепая, как простуда,

Ты глухая, как вода.

Как пришла из ниоткуда,

Так и скрылась в никуда.

Тайна любви…

Любовь поэта – это тишина в самом шумном многолюдье, звук голоса, идущий сквозь любые дали, это неведомого происхождения энергополя: «И такая надвинулась тишь, что почудилось, губы шептали: Значит, ты говоришь, не простишь? – Я не знаю, наверно, едва ли…» Той же энергетикой, весьма приблизительно определимой, как цветомузыка, творится и любовная лирика Владимира Силкина, в которой «сладко сквозь разлуку наша встреча сердце жжёт».

Но и эту тайну поэт усаживает на русское крыльцо. И счастливо, нежно проступают ступенечки:

О, как летело времечко,

Незримое почти.

Шушукалась ступенечка

С шести и до шести.

Ступенечка, ступенечка,

Не уезжайте, Женечка.

Свою Россию поэт украсил женскими, девичьими именами, тем самым на поющей лирической ноте завершив её высокий, в живом движении образ.

И шлёт голубей-вестников к Господу. И ждёт, вслушиваясь, вглядываясь, вдумываясь, ответа:

Буду слушать молчание птиц,

Ведь и этому надо учиться.

Нет на свете счастливее лиц,

Чем лицо соенённое птицы.

Жизнь символична и легендарна…

    Ирина ШЕВЕЛЁВА

    литературный критик Серия «Ирина Шевелёва о литературе», N14, ООО «Литератор», 2001 год

Берёзовые песни

Новая книга стихотворений Владимира Силкина длиною чуть ли не в человеческую жизнь: первое произведение датировано 1975-м, а последнее – 2001 годом.