Драконовское наслаждение

Впрочем, полностью вовсе не означает, что мы (вернее, я, поскольку братец как раз ускакал на очередные фотосъемки, ведь гонорар от Пименова должен был уйти на новый дом, а жить на что-то надо) прекраснодушно вручили прорабу картбланш в виде пластиковой карточки банковского счета. Фигвам, изба такая индейская.

Я приезжала на стройку раз в неделю, оценивала движуху, придирчиво осматривала сделанное, требовала с прораба чеки на закупленные стройматериалы, сравнивала расход этих материалов с реальным (специально для этого консультировалась с архитектором, делавшим проект нашего дома), тут же, на месте, через мобильный интернет проверяла стоимость стройматериалов – в общем, контроль все же был.

Но обычный, без фанатизма, поскольку бригаду мы наняли по рекомендациям, ребята работали на совесть, строили быстро и качественно.

А самое главное – с юмором относились к тотальному контролю со стороны нашей бабуленции. Матрена Ивановна ежедневно являлась на стройку, совала свой остренький носик во все углы, и, если ей казалось, что «вот тутока криво кирпичи поклали, а енто че за дырищи в рамах?!», с клекотом налетала на прораба и требовала «не валять ваньку, а делом заниматься!».

И не отставала, пока наш Семеныч, пряча улыбку в густых усищах, не шел вместе с добровольным представителем стройнадзора к месту «мирихлюндии».

Хотя вполне возможно, что лояльное отношение строителей к въедливой бабульке объяснялось тем, что Матрена Ивановна с пустыми руками на участок не приходила.

То пирожочков тепленьких с картошкой и грибами принесет, то творожка домашнего, то блинков целую горку.

Одинокая она была, наша Матрена Ивановна. Дед ее умер пять лет назад, а единственный сын, военный, служил на Дальнем Востоке. Вернее, уже не служил, давно вышел в отставку, но там, во Владивостоке, у него была квартира, там он привык за много лет и переезжать поближе к матери не хотел. Нет, он вовсе не забыл о Матрене Ивановне, звонил ей часто, письма присылал, открытки, деньги, хотел даже забрать мать к себе, но бабулька отказалась.

Она ведь тутошняя.

А тут мы всем кагалом. И Матрена Ивановна потянулась к нам, можно сказать, усыновила.

Не знаю, то ли ее контроль с пирожками помогал, то ли просто бригада оправдывала свою репутацию, но на сегодняшний день, за неделю до Нового года, наш дом уже стоял на участке, подмигивая тусклому зимнему солнышку новенькими стеклопакетами и кокетливо прикрывшись черепичной шляпкой.