Четыре

В больничной одежде своей, очень он напоминает одного сына божьего, но, так как имени этого самого сына никто из присутствующих не помнит, а фантазия на прозвища у всего коллектива весьма и весьма скудная, то зовут его все по имени — Гоголь. О чем думает Гоголь, раскачивая своё тело взад-вперед? О чем он мыслит, и что пытается показать своими движениями? Размышляет ли он вообще или просто считает количество своих колебаний? Как много вопросов… как мало ответов… События, которые произошли в этой истории, берут свое начало в совсем обыкновенной палате психиатрической больницы номер шестьсот шестьдесят шесть, города Владивосток.

В палате этой, как и во всех палатах для особо буйных пациентов, стоят четыре кровати, по одной на каждый угол комнаты, само собой, по одной деревянной тумбочке без выдвижных ящиков для личных вещей и средств личной гигиены пациентов на каждую кровать. Выдвижные ящики, стоит заметить, отсутствуют исключительно из добрых побуждений, потому как особо буйные психопаты имеют привычку использовать выдвижные полки в качестве орудия нападения на санитаров. В целом, комната эта неотличимо похожа на стандартную комнату в студенческом общежитии, с незначительными отличиями от последней в виде ремней на кроватях, которыми особо буйных пациентов к этим самым кроватям привязывают, и, прошу прощения, стойкого запаха мочи, который, казалось, пропитал дощатый пол в этом помещении настолько, что теперь для того, чтобы от него избавиться, необходимо полностью менять полы. За столом, созданным из двух сдвинутых тумб, возле окна, что напротив входной в комнату двери, играют в шахматы ещё два героя нашей истории — Фет и Пастернак. Партия их в шахматы во многом похожа на колебания Гоголя, потому как ни тому, ни другому не важен исход игры, либо общее количество побед, одержанных в, казалось бы, бесчисленном количестве сыгранных ими партий. Фет, тот массивный, черноволосый господин, с большими, сильными руками, сидящий слева от доски относительно двери, полностью концентрирует свое внимание на партии, во всяком случае, старается его концентрировать в исключительно лечебных целях. Беда в том, что Фет — асоциальный мизофоб, дьявольское сочетание двух сильнейших расстройств личности, превращающее его в неутомимого диктатора, до последней капли крови борющегося с микробами и искореняющего как вышесказанных, так и людей их разносящих.