Право бурной ночи

Уже сидя за столом и наслаждаясь очередной вкуснятиной, я поинтересовалась:

– Жанка, скажи, неужели у тебя со всем – уборкой, готовкой, стиркой – справляется одна Ксюша? Я ведь, кроме нее, никого больше здесь не видела. Водитель не в счет.

– Нет, конечно, – ответила Жанка, – Ксюша – горничная, а есть еще кухарка Марина и садовник Павел, просто они сюда не заходят, им запрещено таскаться по дому.

– А как же ты с ними общаешься?

– Посылаю за ними Ксюшу, если мне надо отдать необходимые распоряжения.

– Понятно, – решила не вдаваться в подробности я.

После ужина мы недолго поболтали о наших одноклассниках, а потом разошлись. Жанка отправилась еще поплавать в бассейне, а я поднялась к себе.

Спать не хотелось, и я решила написать письмо Лешке. Но мой раньше абсолютно безотказный ноутбук в этот раз почему-то заартачился. Он тренькал, обвешивался окнами и категорически не желал со мной общаться. Вот ведь гадство какое, придется завтра воспользоваться компьютером, который стоит в моей комнате.

Надо будет у Жанки разрешения спросить.

Разумеется, Жанка разрешила. Вот только ничего я не отправила, потому что вспомнила, что мы с Лешкой теперь «ромашка» и «шалфей», поэтому никаких личных писем с чужого компьютера. Я ведь, если честно, не очень разбираюсь в этой технике, поэтому не могу быть уверенной в том, что мое письмо не попадет в чужие руки. Поэтому я и решила потерпеть, всего-то пять дней, подумаешь!

Следующие пару дней я наслаждалась полным и абсолютным бездельем, поскольку Жанка носилась по каким-то своим делам, куда-то ездила, с кем-то договаривалась.

Она, конечно, без конца извинялась, что не может уделить мне достаточно внимания, но я, если честно, была только рада. Погода стояла жаркая, и я с удовольствием нежилась у бассейна, даже успела загореть.

За эти два дня я познакомилась наконец-то с остальными обитателями дома. Хотя «познакомилась» – не совсем верно. Скорее, увидела и Павла, и Марину, поскольку вели они себя довольно странно, да и выглядели тоже.

Павел, высокий и очень привлекательный брюнет, меньше всего был похож на садовника. Уж очень длинные пальцы и узкие ладони, тонкие и аристократичные черты лица, не обезображенные даже коричневым полевым загаром и вечной неопрятной щетиной. Да и ухаживал за цветами он как-то неумело, хотя я не специалист, может, он все делал, как надо. Павел практически ни с кем не общался и большую часть времени проводил в сторожке.