Ухожу в монастырь!

И оба отправились за решетку. Фридрих – за немецкую, Андрюшка – за белорусскую.

Правда, Гнус умудрился сбежать и снова начал пакостить, уже лично мне, но это совсем другая история[6 - См. романы Анны Ольховской «Лети, звезда, на небеса» и «Увези меня на лимузине».].

А Фрицци, насколько мне известно, сидит в тюрьме.

Стоп. Ему же восемь лет дали. А это значит, что он уже больше двух лет на свободе!

Надеюсь, он не рискнул снова появиться на Сашкином горизонте, оставив мысли об ускользнувшем наследстве.

Надо будет у Сашки спросить, когда она приедет.

Но сначала – убедить приехать. И желательно вместе с детьми. Мы ведь не виделись целых пять лет, наверное, Викуська давно замуж вышла или Славка женился. И Сашенция уже бабушка!

Хотя нет, от Славки ждать ранней женитьбы не приходится, ему ведь только этим летом исполнится двадцать пять. А, насколько я помню, парень всегда был любимцем девушек и весьма охотно пользовался своей популярностью.

А вот Викуське через полтора месяца исполнится двадцать девять. И она-то скорее всего и сделала уже Сашку бабусей.

Впрочем, назвать мою хрупкую, нежную, сильную подружку, мою «стальную бабочку» бабушкой язык не поворачивается. Вот замирает во рту парализованной мышцей, и все!

Потому что Сашуля выглядит максимум на тридцать пять.

Во всяком случае, когда мы виделись последний раз пять лет назад, она выглядела именно так.

И не думаю, что она сильно изменилась.

Ничего, скоро лично смогу убедиться, главное, чтобы Винс мне помог.

Винс, он же Винсент Морено – полевой агент ЦРУ и Сашкин муж. Они познакомились тогда, в Чехии, когда Винс вытащил обгоревшую израненную Сашку из реки. Сначала они были врагами.

А теперь…

Теперь я очень рада за мою Сашенцию. Наконец-то в ее жизни появился настоящий мужчина: сильный, честный, преданный, но главное – бесконечно любящий.

А еще Винсент – отличный друг. И человек слова.

Именно поэтому он ничего не сказал Сашке, когда мы, тайно вернувшись из джунглей Амазонки, готовили операцию по вытаскиванию Майорова из чавкающей трясины, в которой Лешка уже почти утонул.