Осколки турмалина

– А эти линии?

– На предмете был какой-то узор, эти линии – его отпечаток. Удары были нанесены при жизни жертвы, поэтому остались такие синяки и ссадины. Но она точно потеряла сознание и умерла вскоре после этого. Когда ей в горло поместили платок, она уже ничего не чувствовала.

Думаю, это можно расценивать как его попытку меня подбодрить. Вряд ли он способен на большее, и даже это – много! Вот что делает полицейская солидарность.

– А синяки на ее руках и ногах? – продолжала допытываться я.

Пока я была сосредоточена на деле, можно было не думать о том, что пережила Тэмми в свои последние минуты.

– Отпечатки пальцев. Похоже, он держал ее, а она сопротивлялась.

– Это на руках… А на ногах?

– Возможно, он ее тащил.

– Или связывал?

– Нет, не связывал, – покачал головой коронер. – Никаких следов веревок нет. Но я допускаю, что нападавших было двое, и полиция знает об этом. У одного из них, судя по отпечаткам, не было фаланги на безымянном пальце правой руки.

Хотя не исключено, что нападавший был один, это не мне разбираться.

– Но фаланги все равно не было?

– Естественно.

– А изнасилование… было?

Я видела, что все старательно избегают этой темы – очевидной в такой ситуации. Возможно, отцу по телефону что-то сообщили, но он то ли не понял, то ли постеснялся обсуждать со мной такое. Да и сейчас никто не смотрел мне в глаза. Видимо, им казалось, что говорить про такое молодой женщине совсем уж кощунственно.

Как будто избиение и убийство лучше!

– Да, – ответил коронер. – Одним человеком. Следов не оставил. Остальное, думаю, вам лучше обсудить с шерифом.

Я уже примерно знала, что он мне скажет. Ту же версию, какой тут придерживаются все – я видела местную газетку. Выходит два раза в неделю, пишет ту же ерунду, что и все газеты мира, но доверительным тоном доброго соседа. Не худший источник информации.

Здесь верят, что Тэмми стала жертвой случайного нападения.

Какой-то псих ворвался в ее дом, изнасиловал, убил, а потом забрал все ценности, какие нашел, и скрылся. Я тоже принимала эту версию до сегодняшнего дня. С чего мне сомневаться? Но теперь я видела тело – и тело рассказывало мне совершенно иную историю.

В жестокости, с которой была убита Тэмми, чувствовалось что-то личное. Это не просто желание ворваться в первый попавшийся дом и изнасиловать первую попавшуюся женщину.