Осколки турмалина

Но даже за этим угнетающим фасадом разоренного гнезда можно было разглядеть, что изначально дом был в хорошем состоянии. Изнутри он выглядел лучше, чем снаружи.

Тэмми и правда ухватилась за возможность оставить кочевую жизнь позади, она старалась, как могла. В частных домах, особенно таких старых, постоянно что-то ломается. Хорошо, когда рядом есть один из тех легендарных мужчин с золотыми руками, способных починить что угодно – от щеколды до атомного реактора. Но у Тэмми не было ни такого умельца, ни любого другого.

Она справлялась сама, и ее жилище сильно смахивало на лоскутное одеяло – безыскусное, зато домашнее и уютное.

Мне было неловко просто шляться тут, и новой хозяйкой я себя не чувствовала. Даже после всего, что уже произошло, я была откровенно чужой. Но я преодолела это чувство – так было нужно. Я внимательно осматривала все, каждый сантиметр, пытаясь разобраться и в картине убийства – и в жизни семьи, связанной со мной.

В доме было очень много фотографий в рамках, развешанных на стенах – но только девочек.

Рядом – дипломы, рисунки, медали. Джордан занималась спортом. Эмили, кажется, ходила во все кружки, какие были доступны в этом городишке. Все о них, все для них – Тэмми просто растворилась, стала их тенью, добровольно отошла даже не на второй, а на третий план.

Но не думаю, что это ее угнетало. Все указывало на то, что ее прошлое было не слишком счастливым, и ей не хотелось за него держаться. Другое дело – будущее ее девочек. Это фантазийная реальность была куда приятнее.

Да и мне хотелось бы сосредоточиться на этом, на хорошем, и не думать о том, чем завершилась история семьи. Но иногда желания значат куда меньше, чем необходимость.

От священника я примерно знала, что тут произошло. По крайней мере, версию полиции. Теперь, осматривая дом, я видела, почему шериф и его сотрудники так подумали, и мне сложно было с ними спорить.

Убийца вломился через заднюю дверь – ту, что на кухне. Дверь была не самая хлипкая (я в Олд-Оукс вообще стеклянные двери видела, и это никого не смущает), но и не слишком крепкая.

Замок был безжалостно разворочен, преступник действовал нагло и быстро. Громко или нет – это уже не важно, соседи все равно слишком далеко. Но Тэмми, думаю, услышала. После такого дверь, естественно, не закрывалась, но полицейские, уходя, приварили здесь решетку, чтобы в дом не пробрались бродяги.

На кухне была разбита посуда, на полу валялся набор ножей – разбросанных, но не тронутых.