Аромагия. Книга 1

 – Вы хорошо помните?

– Да, точно так было! – закивала она. – Померещилось ему что-то.

А мне вдруг вспомнилась давешняя сцена: я сосредоточенно отмеряю любисток, а госпожа Мундиса стоит рядом, наблюдает с интересом и спрашивает о старом поверье. Я тогда рассеянно отозвалась, что не зря ведь говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок…

Имелось в виду, что любисток – великолепная приправа, которая усиливает вкус мяса и делает овощи необыкновенно вкусными.

Возможно ли, чтобы госпожа Мундиса поняла мои слова превратно?

Надо думать, вполне.

А ведь любисток придает пище грибной аромат! Хм, но откуда тогда взялся мышьяк?!

Я глубоко вздохнула и поинтересовалась:

– А господин Холлдор весь день провел дома?

– Нет, он перед самым обедом явился. – В звучном голосе поварихи послышались осуждающие нотки: – От этой своей!

– Вы уверены?

– Что от нее-то? Конечно! – фыркнула она. – Он весь такой неопрятный был, зацелованный и растрепанный. Как не стыдно, перед всеми-то! А хозяйка-то как расстроилась, чуть не заплакала…

Она вытерла фартуком увлажнившиеся глаза и взмолилась:

– Госпожа, вы-то знаете, не могла она! Найдите, кто это сделал.

– Непременно найду, – пообещала я твердо.

– Хозяин тоже не верит-то, что это хозяйка! Днем инспектор к нему заявился, допрашивать вроде как. Так хозяин ему так прямо и сказал: мол, не верю, другого виновника ищите! Тот «леденец» аж красный выскочил от него! Вот так-то! – С этими словами она торжествующе помахала пальцем почти у меня перед носом.

Любопытно, весьма любопытно…

– А какие вообще отношения у ваших хозяев?

Прислуга зачастую знает куда больше, чем друзья и родные. Правда, обнаруживать осведомленность не любит.

Повариха поколебалась, но ответила:

– Ну, последние денечки они вроде как в ссоре были-то. А до того… Хозяин жену прям на руках носил… – Она снова огляделась и добавила жарким шепотом: – Не поверите, бывало, из спальни не выпускал, с ума по ней сходил! Прям безумная страсть-то!

У меня дрогнули губы.

Видела бы она, какое лицо было у госпожи Мундисы, когда та прибежала искать спасения от столь впечатлившей повариху «страсти безумной»…

Я принялась прощаться.

Кстати, к хозяину дома меня не пустили, сославшись на предписание доктора.

С трудом удалось отказаться от свертков с пирожками, сандвичами и кексами и пришлось пообещать непременно зайти снова.

Меня торжественно усадили в кэб, благословили на дорожку и помахали вслед…

Уф.