Танцующая саламандра

А вдруг сбежит? Хотя не должен, конечно, парень вроде до конца ощутил себя рептилоидом, открестившись от людишек. Отца вон без тени сомнения помог выкрасть. И мать обожает, ждет с ней встречи, а встречу можем организовать только мы…

Павел с удивлением обнаружил, что эти мысли словно бы стали на мгновение его собственными, но по мере удаления Ламина размывались, делаясь нечеткими и обрывочными. Раньше такого не было, для проникновения в чужой разум Павлу требовалось настроиться, серьезно напрячься.

А теперь – раз, и готово! Непринужденно, автоматически.

Любопытно. Похоже, свои собственные возможности он и сам до конца еще не изучил. И вполне вероятно, что благодаря усилиям рептилоидов эти самые способности совершенствуются.

Но не так, как хотелось бы змеюкам.

Ладно, этим займемся позже, а сейчас надо подготовиться к визиту в семейное логово Ламиных. Дочка, значит? И почему мне кажется, что приглашение в гости вызвано вовсе не желанием вкусно накормить проспавшего ужин подопечного?

Ну-ну, посмотрим.

Сосредоточившись на предстоящем испытании «семейным очагом» рептилоидов, Павел совершенно забыл о том, что сейчас выйдет из подземелья. Выйдет прежним, все вспомнившим, и в первую очередь – вспомнившим Монику.

И никто не сможет удержать его, если он захочет уйти.

Павел осознал это, когда вышел вместе с Ламиным на улицу. Вернее, в закрытый двор, огороженный высоким забором, внутри которого находился автопарк рептилоидов, а также станция техобслуживания.

Конец августа выдался теплым, но по вечерам уже веяло прохладой. И свободой…

Павел подставил лицо легкому ветерку и закрыл глаза, наслаждаясь невозможными в кондиционированном воздухе подземелья ощущениями. Да, московский воздух свежим назвать мог только законченный оптимист, но по сравнению с мертвым воздухом подземелья он казался горным…

– Хорошо-то как! – Павел с хрустом потянулся. – Не понимаю, как можно всю жизнь торчать под землей, когда наверху так здорово!

– Приходится, – сухо ответил Ламин.

– Да, людишки, – Павел старательно посуровел и даже катнул желваки по скулам. – Из-за них все беды. Ничего, скоро мы выйдем на волю!

– С твоей помощью.

– Я буду стараться ускорить этот момент.

– Очень на это надеюсь. Ладно, садись в машину, нам пора ехать, – Ламин указал на черный «БМВ» последней модели с тонированными стеклами.