Тайна, деньги, два осла

Вот только черная шапочка на голове этой человекообразной особи смотрелась очень уж нелепо, настолько нелепо, что перетянутые нервы девушки не выдержали, и Вика залилась истерическим хохотом.

Утконос, возившийся в этот момент с видеокамерой, вздрогнул и оглянулся:

– Тебе, я вижу, весело стало? Предвкушаешь скорую встречу с моим «парнем»? – И он ласково погладил «парнишку». – Это да, он у меня молодец, бабы визжат от восторга.

– От восторга?! – еле выговорила сквозь смех девушка.

– Детсадовская, значит? – прошипел Портнов, зачем-то взяв со стола две столовые ложки. – Ну-ну. Сейчас проведем проверочный тест, так сказать. Открывай-ка ротик, лапусик.

И волосатая гадость придвинулась почти вплотную к Викиному лицу. Она отчаянно замотала головой, но помогло слабо – уже через минуту во рту оказались ложки, домкратом раздвигая зубы.

Умереть, умереть, умереть!!!

Слезы бессильного отчаяния прорвались-таки на волю, и Вика захрипела, с ужасом наблюдая за нарочито медленно приближающимся кошмаром.

– Ну что, сучонка, – возбужденно просопел утконос, – получи вкусняшку! Ик…

И, странно вздрогнув, Портнов вдруг грузно осел на пол. Пару раз дернулся, суча ногами, а потом затих.

Сознание Вики тоже икнуло, но отключаться не спешило, оно впало в анабиоз, тупо таращась на неспешно просачивавшуюся сквозь черную шапочку кровь.

А потом сфокусировало взгляд девушки на приблизившемся высоком блондине с блекло-голубыми глазами.

Человеке, которого здесь быть не могло. И не только потому, что он навсегда остался в прошлом, просто…

Здесь, на Урале?!

В общем, бог троицу любит.

И Вика благополучно отключилась уже в третий раз за последние часы.

Блондин тихо выругался на немецком и, склонившись над девушкой, прижал пальцы к ее сонной артерии.

– Слава богу, жива, – облегченно вздохнул он, яростно пнув безжизненное тело Портнова.

Мужчина осторожно освободил руки и ноги девушки, сорвал с дивана покрывало, аккуратно завернул в него свою драгоценную добычу и, легко подхватив ее на руки, торопливо вышел из комнаты.

Располагавшейся, как оказалось, на втором этаже не самого богатого, как можно было ожидать от местного водочного короля, дома.