Тайна, деньги, два осла

Вика подняла вконец истомившийся мобильник:

– Привет, единоутробный!

– Фу, какая ты грубая и неотесанная! Воспитанная европейская леди должна приветствовать своего любимого братика нежным и мелодичным щебетом, а ты – бабац! А все потому, что ты в душе – бабец.

– Я-то в душе, а ты в теле.

– В смысле? – завопил Славка. – Это ты на что намекаешь? На то, что я жирный, или на… Не-е-ет, даже ты не способна на такое гадство! Это с какой стороны я трансвестюга?!

– О-о-о, как тебя торкнуло! Видать, на больную мозоль размером с кедровую шишку наступила?

– Нет, дорогая сестричка, ты уж объясни, что имела в виду, иначе в аэропорт будешь добираться сама!

– О майн готт, какая чудовищная жестокость! Как же я смогу? Из центра Берлина! Сама!! И в аэропорт?! Вокруг ведь ни одного такси!

– Ну-ну, Викуша, ну-ну.

Вызывай тачку. Заодно не забудь сказать диспетчеру, что водитель должен быть в теме той конференции, на которую ты летишь, а также иметь при себе парочку забытых тобой вчера в офисе важных бумаг.

– Каких еще бумаг?

– Важных! – мстительно хихикнул брат.

– Не свисти, я все взяла!

– А-а, не все. И вообще, кто вчера ныл, что необходима предполетная подготовка, эдакая квинтэссенция наставлений величайшего гуру от экономики?

– Ладно, гуру, убедил – без тебя мне в аэропорт никак. Ты сейчас где?

– Солнечная система, планета Земля, Евразийский континент.

– Муа-хаха! Надеюсь, получилось достаточно саркастично? Кончай придуриваться, у меня до вылета осталось два часа!

– А вот не закончу! Пока не объяснишься!

– Ты о чем? – искренне удивилась Вика, уже забывшая начало разговора.

– Это в каком смысле я в теле бабца?

– Ой, мамочка! Да что ж ты так завелся-то?

– А ты будто не знаешь?

– А, ну да. Прости, забыла. Не волнуйся, брат мой, на гея или трансвестита ты непохож, и жира в тебе ни грамма! Это был утренний выплеск накопившегося за ночь яда, только и всего.

– Ладно, прощаю!

– Ох, и ни фига же себе! А как насчет моего прощения? Кто меня первым обозвал?

– Не мелочись, сестренка, а в темпе выходи, я уже у ворот твоего дома.

– Свин.

Вика аккуратно уложила смартфон в чехольчик, а важно раздувшийся чехольчик – в папку с документами, застегнула дорожную сумку и направилась к выходу.

Она уже открыла входную дверь, когда ее буквально накрыло волной непонятного, иррационального страха. Где-то внутри сначала едва слышно, а потом все громче и громче зазвенел тревожный колокольчик.