Друг и лейтенант Робина Гуда

С огромной неохотой я поднял руку, заслоняясь ладонью от бьющих в глаза лучей… И обнаружил, что лицо Локсли не менее серьезно, чем его голос:

– Прошлой осенью, когда мы ограбили лондонского легата на Королевской дороге, шериф назначил за голову каждого из нас пять шиллингов, как за голову волка. Могу поспорить, еще до дня Святого Петра[8 - День Св.Петра в веригах – пятое августа] он поднимет цену вдвойне. Если ты останешься здесь, за тебя тоже назначат награду. Ты станешь «волчьей головой», как и все мы.

Да, сейчас наступает веселая пора, но зимой… Никто не знает, удастся ли нам пережить следующую зиму.

– А ведь ты наверняка не знаешь даже, удастся ли тебе пережить следующий день. Верно?

– Раз сам всемилостивейший король Ричард просит милостыню у английских землепашцев, дабы выкупиться из плена, – в голосе Локсли пробилось прежнее озорство, – в чем может быть уверен бедный лесной разбойник?

– Робин, – я сбросил со лба мокрый лист.

 – Скажи честно – ты сумасшедший?

Он наклонил голову к плечу, словно собака, пытающаяся понять человеческую речь.

Без особой надежды я постарался растолковать ему свой вопрос… И очень удивился, когда он понял. Робин Гуд отрывисто засмеялся и вскочил на ноги, разметав опавшие листья, как будто моя глупость разом вылечила его от похмелья.

– Ххха! А что за прок быть вольным стрелком, если ты будешь дрожать за свою шкуру, как какой-нибудь несчастный нормандский серв?[9 - Раб.

] Джон, здесь, в Шервуде, живут те, кто не хочет носить на шее ошейник и лизать хозяйскую руку. Те, кому больше нравится быть вольным волком, которого травят и ловят, чем псом на цепи, которого кормят и бьют. Не знаю, длинная у нас будет жизнь или короткая, но в этой жизни мы свободнее короля! Над королем стоит римский папа, а над нами – только эти дубы да небеса!

Робин Локсли обвел рукой зеленое царство вокруг.

Нет, этот парень вовсе не сумасшедший.

Скорее всего, он и вправду не дотянет до старости, но он знает, на что идет.

Я снова прислонился затылком к стволу и пришлепнул на лоб новый мокрый лист.

– Не знаю, получится ли из меня вольный стрелок… Ни разу в жизни не стрелял из лука.

Вожак разбойников уставился на меня так, словно я внезапно закукарекал.

– Ни разу в жиз… Джон, ты уверен, что ты не сарацин?!

2

Глава первая.