Друг и лейтенант Робина Гуда

– Том говорит, будут вешать трех братьев, прикончивших оленя в заповедном лесу. Помнишь разговоры о шайке Робина Гуда? Так вот, трое братьев вроде бы как спелись с этими разбойниками и вместе с ними уложили оленя… Но какие они все-таки наглые, английские крестьяне, разве у нас какой-нибудь виллан осмелился бы поднять руку на оленя герцога? Ой, Мари, погляди на того толстяка на трибуне – говорят, это сам шериф ноттингемский! Интересно, что за красавчик сидит рядом с ним? А, Том сказал, это констебль королевского замка.

Мари, да погляди же! Как думаешь, отец Бертран представит нас констеблю? Заглянуть бы хоть разок в замок короля Ричарда… Ой, ведут, ведут!

Мари невольно вскинула голову, услышав визг подруги, и все люди вокруг разом всколыхнулись и подались вперед.

Беата привстала в повозке на колени, с любопытством вытянув шею.

– Мари, погляди на этих бедняжек! Все-таки жестоко казнить молоденьких мальчиков за какого-то убитого оленя. Но, конечно, закон есть закон…

– Закон Господа – «не убий», – тихо возразила Мари.

Она только мельком взглянула на трех молодых парней, которых стражники вели по лестнице на помост, и снова низко опустила голову.

– А другой закон Господа – «не пожелай скота ближнего своего». – За Беатой всегда оставалось последнее слово. – А убить королевского оленя – еще хуже, чем украсть осла или вола. Посмотри-ка, кажется, те двое мужланов собираются драться!

Двое англичан неподалеку начали кричать друг на друга, угрожающе крутя палками – любимым оружием здешних крестьян.

Белокурая бегинка вслушалась в слова, которыми осыпали друг друга спорщики, и пожала плечами.

– И ты еще твердишь, что англичане не сумасшедшие. Нет, ты только послушай! Вон тот, лохматый, как медведь, рычит, что второй проспорил ему три пенса, раз главарь разбойников не спас трех браконьеров от петли. А второй отвечает, что он не станет платить, покуда парней не вздернут, дескать, шервудский бандит еще покажет себя… Как будто этих бедняг может спасти что-то, кроме божьего вмешательства, ха! Но если здесь будут так долго возиться с приготовлениями, приговоренные помрут от старости, а не от петли!

– Беата! Неужели тебе не терпится увидеть, как повесят этих несчастных мальчиков?

– Нет, просто я не люблю ждать, – заявила белокурая девушка, всматриваясь в помост и жадно ловя разговоры толпящихся вокруг англичан.