Меч Гардарики

– Милана осталась со мной. И меч убитого остался со мной, хотя люди Льётольва требовали отдать меч младшему брату Льётольва, прыщавому сопляку. Но Свенельд сказал – нет, а Свенельду не перечат. Видать, я здорово развлек его тем поединком.

– Какую песню об этом можно было бы сложить… – пробормотал Асгрим, глядя на дымчатую фигуру на клинке. Теперь он мог бы поклясться, что это фигура женщины.

Бёдульв гулко фыркнул.

– Ты, что ли, скальд?

Асгрим вздрогнул, разом очнувшись.

– Да. Был.

– А, – кузнец с хрустом почесал в бороде.

 – Надо же, какого гостя занесло в мой домишко. А почему – «был»?

– И что случилось потом? – ответил вопросом на вопрос Асгрим.

– Мы с Миланой вернулись сюда, в Свержий Лог. Она померла три года назад от огненной лихоманки. Многие верви свержичей выкосило в ту зиму почти под корень – в Высоких Дубах, на Дальних Озерах, в Сулицах. А в Свержьем Логе помер каждый четвертый. Померли двое наших сыновей, померла сестра Миланы и ее отец. Он был кузнецом, сыновей у него не было, и теперь в его кузне управляюсь я…

– Зачем тебе кузня? – Асгрим погладил навершье рукояти.

 – Ты сам сказал – этот меч стоит целого состояния!

– И что бы я делал с целым состоянием тут, в Свержьем Логе? К тому же этого меча у меня нет!

– А?

Асгрим уставился на Бёдульва, который хитро перекосил физиономию, спрятав глаза под кустистыми бровями.

– Ты меня слышал. У меня нет этого меча, я его продал, чтобы было на что вести хозяйство с молодой женой. Подойники, крынки-плошки кое-чего стоят, верно?

– Подойники?

– Да, а еще наряды для Миланы, подарки для ее родни, свадебный пир для всей верви, всякое такое… Потому я продал меч, а остатки серебра спрятал в надежном месте.

– Да неужто? – спросил Асгрим, осторожно сгибая упругий клинок.

– Не веришь, – сокрушенно заметил Бёдульв, скорчив еще более хитрую гримасу. – Ты меня обижаешь, Асгрим Рагнарсон. Сгибай сильней, не бойся, он не сломается, хоть пополам его согни… Вот и брат Льётольва тоже не поверил.

Он прискакал в Свержий Лог со своими людьми вскоре после нашей с Миланой свадьбы. Шумел, требовал отдать ему меч и не верил, что меча у меня больше нету. Но я все-таки его убедил…

Асгрим ухмыльнулся.

– Зря лыбишься! Иногда оглоблей и черенком лопаты можно убедить не хуже, чем мечом. Только не так, э-э-э… Не так смертельно. Платить за этих наглецов виру мне совсем не хотелось, понимаешь?

– Понимаю. С тех пор ты и охромел?

– Угу. С тех пор.