Шут и трубадур

 – Если бы вы приехали сюда на две недели раньше, я бы предложил вам развлечение поинтереснее какого-то там турнира… Штурм замка, э?

– Этого?

– Нет, этот я взял месяц тому назад, а тот – две недели… Или одну? Не помню! Помню, что было воскресенье и страшная жара, и прежде чем их трубач успел протрубить тревогу, мы уже ворвались в ворота… Со мной и было-то всего человек тридцать, остальные бездельники так упились, что не смогли принять участие в забаве. Барончик, живший замке, еще пытался драться, болван, но все-таки развлечение было недолгим… Клянусь копытами сатаны, я мог бы развлечься там и один! Но коня я раздобыл неплохого – видели моего коня? И вон та красоточка тоже из того замка.

И еще…

Рыцарь Рэндери поставил кубок на стол и нахмурился.

– Вы напали на вашего соседа во время «Божьего перемирия»? – спросил он.

– Перемирия? Если бы я слушал недоносков в рясах, мне давным-давно пришлось бы подохнуть с тоски! – захохотал Роберт Лев. – Сами-то они, небось, развлекаются с бабами и жрут вино всю неделю подряд безо всяких там перемирий – так почему же добрым рыцарям не помахать мечом в воскресенье? К тому же мы закончили дельце уже после полуночи, когда весь христианский мир вступил в понедельник… А любой самый тупой монах скажет вам, что перерезать горло своему соседу в ночь с воскресенья на понедельник – не такой уж великий грех!

Рэндери покачал головой, но тут «красоточка», все время поглядывавшая на знаменитого трубадура, воспользовалась случаем, чтобы покинуть объятья краснолицего барона и подойти к гостю.

Пока Роберт Лев, глотая кубок за кубком, поносил монахов и все перемирия на свете и хвастал добычей, захваченной в позапрошлое воскресенье, девица переглянулась со странствующим рыцарем, непринужденно уселась к нему на колени и обхватила руками его кудлатую голову.

Рэндери засмеялся и дал ей выпить из своего кубка.

– И вон того ублюдка я тоже притащил из замка вместе с собаками и конем! – крикнул Роберт Лев, метко швырнув костью в спину одного из шутов.

 – Хотя уже жалею, что не прикончил его на месте – любой из монастырских ослов смешил бы меня лучше, чем он… Эй, дармоед! А ну, иди сюда!

Шут, трижды неуклюже перекувырнувшийся через голову якобы от полученного удара, раскинул руки и рухнул в обморок под ноги другим шутам.

– Я с тобой не шучу! – гаркнул Роберт Лев, хватая следующий полный кубок.