В надежных объятиях Смерти

Мне показалось, что это будет правильным, сказать спасибо за труд. Женщина тепло мне улыбнулась и сообщила, что могу приходить в любое время, и меня обязательно покормят.

Темные коридоры очистили мою голову от разных мыслей. Голод был утолен, и пришла другая потребность организма – сон. Я уже давно не спала нормально. Первые дни пребывания в темнице навеивали какие-то неприятные ощущения, что даже ладони покрылись холодным потоп, а твердую узкую скамью на цепях моя спина будет помнить долго. Уже ложась спать, я прокрутила еще раз в голове моменты, как оказалась здесь и что было до всего этого.

Я все помнила хорошо, но чувства, которые испытывала в своей жизни, были сейчас для меня недоступны. Глаза стали закрываться, как только легла на мягкий матрас. Все мысли развеялись, и я уснула крепким сном.

* * *

– Зар, я уже видел эту льеру!

– Нори, ну что с того? Порой мир тесен, вот и повстречались еще раз, – уже пятый раз повторил дракон, прося успокоиться своего друга. Он будто с цепи сорвался и прибежал в тренировочный зал оповестить его, что маг смерти, о котором так все вдохновленно говорят, уже была им однажды видана.

Но мужчина не понимал, почему эльф из-за этого такой нервный.

– Ты не понимаешь! – эльф прошелся взад вперед перед сидящим на скамье другом. – Мы с братьями по оружию как-то стояли в одном небольшом городке возле лавок с крупами и обговаривали закупку провизии, как вдруг Рудион толкнул меня в бок и показал на телегу, которая проезжала мимо.

Ей управлял мужчина-норт, а рядом сидела девушка, с самыми чудесными живыми глазами. Я никогда не видел нортов, кто бы вот так показывал свои эмоции. Она словно луч озаряла все вокруг своей милой улыбкой. Руд не устоял перед ней и тоже улыбнулся в ответ. Она забавно засмущалась и спрятала свое лицо на плече мужчины. Мы еще долго с ним в походе вспоминали ее красные волосы и синие, словно голубые воды океана, глаза. И сейчас я ее узнал, понимаешь, и знаешь что?

– Что? – уже заинтересованно спросил дракон.

– От той милой девочки не осталось ничего! Короткие, криво обрезанные волосы, замершее в маске безразличия лицо и черные, как самая глубокая тьма, глаза. Ее руки и лицо украшены жуткими шрамами, и я теперь догадываюсь, кого держали в той темнице, чей голос был слышан в коридорах.

– Ее?

Эльф кивнул и сел рядом с другом, спрятав лицо в ладонях. Ему, почему-то, не хотелось верить, что та живая и яркая девушка стала безвольной куклой.