Один шаг до любви

Он все еще держит на нее обиду. И ни за что не согласится на сбор средств. И да, она ощутила крошечный огонек возбуждения при мысли о том, что он был околдован ее огромными янтарными глазами много лет назад.

– Мужчины навсегда остаются детьми, – покачала головой Серафина.

Мариса положила кусочек торта на тарелку кузины.

– Все так сложно.

– Как всегда. Отрежь себе ломтик побольше.

– Всех тортов в мире может оказаться недостаточно.

– Так паршиво, верно?

Мариса встретила взгляд кузины и кивнула. Откусила от торта и поднялась.

– Нам нужны молоко и кофе.

После обморока она чувствует себя такой уставшей!

Она насыпала кофе, налила воды и включила кофеварку. Как бы ей хотелось иметь современную кофемашину, но ее бюджет таких расходов не выдержит.

Почему она вообще согласилась поговорить с Коулом Сиренгетти?

Мариса знала почему. Она достаточно амбициозна, чтобы стремиться получить место заместителя директора. Это часть ее долгого подъема из бедности. Она доверила «Першингу» свою академическую стипендию, чтобы начать новую жизнь.

Теперь, когда она одинока и помолвка разорвана, ей необходимо на чем-то сосредоточиться. «Першинг» и ее работа – главное, и, кроме того, она обязана помочь ученикам.

Мариса покачала головой. Она сама вызвалась стать главой комитета по сбору средств, но не предполагала, что нынешний директор зациклится на мысли заполучить Коула Сиренгетти для столь масштабного мероприятия. Ей следовало постараться и отговорить мистера Добсона от этой идеи.

Но он узнал из школьного ежегодника, что Коул и Мариса учились в одном выпускном классе, и предположил, что Марисе легче уговорить бывшую звезду хоккея. Мариса никак не могла объяснить, почему ее школьный роман с Коулом окончился так несчастливо.

– Так что ты собираешься сделать сейчас? – спросила Серафина, когда Мариса поставила на стол две кружки с кофе.

– Не знаю.

– Сдаваться так легко? На тебя не похоже.

– Ты хорошо меня знаешь.

– Я знала тебя целую вечность!

Мариса пыталась собраться, обрести решимость, так помогавшую в детстве ей, ребенку матери-одиночки, работавшей в двух местах.

– Придется попробовать еще раз. Я не могу так быстро вернуться в школу и объявить школьному совету, что потерпела поражение. Но и не хочу снова подстерегать Коула на стройплощадке, как обезумевший сталкер.

Серафина вытерла рот салфеткой.

– Ну ты можешь попробовать боксерский зал «У Джимми».

– Что?

Серафина окинула ее лукавым взглядом.