Затонувшая свобода

– Не знаю, что вам говорят, когда пропадают… ваши. Но правда в том, что они уходят на поверхность. Русалы неплохо устраиваются. Русалки… тоже иногда находят возможность быть свободными, но чаще идут в жены к богатеньким персонам, которые хотят…

– Я поняла. – Айви закрыла лицо ладошками. У них не пропадали русалы и русалки, нет, почти никогда. Никто не сбегал, но кто-то мог погибнуть при несчастном случае. Как ее друг, например. Или исчезнуть у островов Амор Инлусае, к которым было запрещено подплывать, ведь там таилось страшное зло.

Айви покрылась мурашками: чаще всего отправлялись к морской богине русалки, оставшиеся без мужей. Некоторые – из-за самоубийства, мол, не выдерживали позора.

– У нас не так часто пропадают русалки, – выдавила Айви.

– Они могут «умирать». Но ваши знают обо всем. Скажу больше – они помогают русалкам найти дома и просят за это деньги. Мол, спаси несчастную от казни за побег.

Айви облизала пересохшие губы, резко повернулась к Джеку.

Злость встретилась с печалью в его глазах, растаяла от нежного касания ее щеки. Она вспоминала русалок, которые когда-то жили рядом, но потом уплывали в океан в виде праха. А еще в голове слишком часто звенело напоминание о казни за попытку бегства из Тенебриса, ведь она и сама когда-то мечтала уйти к людям.

– Им не так плохо. Редко, когда их перепродают в публичные дома. Вашим не нравится это, а потому они следят, куда попадают русалки.

Богатые дома, влиятельные мужья… Они живут в свое удовольствие, но только на поверхности. Муж, дети…

– Хватит.

Айви вздрогнула, слыша «публичные дома». Не хотелось даже представлять, как ее одноклассницы или соседки могли оказаться в подобном месте. И пусть, что она слышала о них мельком, но и этого было достаточно, чтобы понять, что там тело используют, как хотят.

– Зачем? У нас нет денег.

– Зато на поверхности они есть. И ваши русалы любят посидеть в пабах, посетить публичный дом.

Мы видим вас чаще, чем ты можешь себе представить, Айви. Особенно смешанных детей.

– И ты не говорил? Делал вид, что ничего о нас не знаешь!

– Не хотел тебя расстраивать. Да и… Вы неразговорчивые, а в публичные дома я не хожу, чтобы поболтать с русалками. Да и за вас столько просят…

– Хватит!

Айви вскочила, едва дыша в тесном корсете. Казалось, он ожил и затягивался, ломая ребра, круша каждую косточку.