Затонувшая свобода

Айви едва разлепила глаза, испуганно огляделась, дрожа от ужаса. Джек аккуратно поставил ее. Она пискнула, ощущая камешек, что вонзился в стопу. Чешуя вновь росла, но оставляла ноги, не давая упасть.

– Могу дальше понести, – устало бросил Джек. Айви покачала головой.

Она нервно крутилась на месте, часто дышала, хватая воздух, горячий, влажный, такой чужой и… колючий. Ветер шелестел листьями пальм, каких-то деревьев, кустов, которые она видела только на картинках в учебниках о людях, живущих наверху.

– Фривола, думаю, в паре километров.

Да! Кажется, вижу крыши! – Голос Джека казался слишком громким, бил по голове и вонзался иглами в кожу.

Айви подняла голову, впервые видя небо. Глаза пронзила жгучая боль, когда она попыталась посмотреть на солнце. Она ослепла! Видела лишь пятна, такие яркие, что начинало тошнить. Джек продолжал что-то говорить, но она схватилась за грудь, задыхаясь. Паника затягивалась на шее, словно канат, воздуха не хватало, и это ей! Русалке, что может сутками плыть, не дыша.

Сейчас же страх разжигал в груди огонь.

Джек успел поймать Айви и спас коленки от острых камешков, и вновь подхватил ее на руки.

– Ты не была на поверхности?!

Айви уткнулась в его шею, прячась от света. Джек вдруг показался ей единственным связующим звеном с домом. Плевать, что он с ней сделает, лишь бы не отпускал… лишь бы позволял касаться кожи, чтобы впустить в душу хоть каплю спокойствия и тепла, вызванных душесвязанием.

– Ты же можешь без воды жить?

– Вполне, – прошептала Айви и вонзила ногти в его шею.

Сердце бешено колотилось, ладошки вдруг стали липкими и мокрыми. – Но ванну надо принимать раз в день… вода силы дает…

– Эй-эй, полегче. Найду я тебе ванну.

– Верни меня назад. Я тебе не нужна.

– Не нужна. Не спорю. – Айви встретилась взглядом с Джеком, но тут же зажмурилась от яркого солнца. Кожу покусывало и жгло, словно она попала в место, кишащее планктоном. – Но жизнь за жизнь, красотка. Я у тебя в долгу. И надо бы тебе травы от солнца найти побыстрее.

Айви осмотрела красные ноги, понимая наконец, почему больно. Счастье, что руки и грудь скрывались под белой широкой рубашкой.

– Это же… это…

– Солнечный ожог, – подсказал Джек, направляясь к деревьям. – Твоя кожа не готова к солнцу.

– Я сама могу идти…

– Уж лучше понесу, чем буду ловить тебя и спасать от травм, – хохотнул он.

Джек пробирался сквозь заросли, пытался беречь Айви от веток, но те все равно били по голым ногам.