Остров Безымянный

– Они застряли в двадцатом веке и никак из него не выберутся. – Вадим даже не обратил внимания на мою реакцию. – А весь мир уже давно живёт в двадцать первом! Ты директорскую секретаршу видел? Как там её, Офигеновна? Офанареловна?

– Вера Афиногеновна.

Вряд ли Вадим расслышал мой ответ, до такой степени он был сосредоточен на своих мыслях. Он говорил с видом человека, абсолютно убеждённого в своей правоте и не допускающего, что могут существовать другие точки зрения.

– Экономическая эффективность – вот главный критерий.

А она и не ночевала на этом заводе. То, что неэффективно с экономической точки зрения, само подписывает себе приговор. Оно обречено на уничтожение. Это не мы им вынесли приговор – они сами его себе вынесли.

– Но рабочие не виноваты в том, что они стали неэффективными. Даже директор здесь не при чём. Виновных надо искать среди тех, кто довёл завод до ручки.

– Какая разница, кто виноват! В любом случае местная популяция совков обречена. Обречена на вымирание.

И по той же причине, по которой вымерли динозавры, – в силу своей неспособности к переменам. Экономическая реальность изменилась, страна стала совсем другой, весь мир ушёл далеко вперёд, а они всё твердят о каких-то социальных обязательствах. Они ещё бы про социальную справедливость вспомнили! Социальная справедливость заключается в том, что слабые должны уступить дорогу сильным.

– Ты слишком категоричен. Может, следует дать им шанс?

– Дать шанс им, значит, лишить шанса себя! Эти люди тянут нас назад, они тормозят прогресс.

Страна не может двигаться вперёд, пока в ней живут подобные… – Вадим запнулся, подбирая точное слово, – аборигены.

Это «аборигены» прозвучало у него так, словно он, белый человек в пробковом шлеме, рассуждал о нравах племени каннибалов мумбо-юмбо.

– Нет, я, конечно, не призываю к их насильственному устранению, – продолжил Вадим. – Но пока эти динозавры не вымрут, пока им на смену не придёт поколение рациональных прагматиков, мы так и будем прозябать на задворках цивилизованного мира.

Не знаю, что еще хотел сказать Вадим, но он был вынужден прерваться, так как из здания заводской котельной выбежала здоровенная лохматая дворняга, чёрная с рыжими подпалинами, и принялась нас облаивать. «От такой, пожалуй, не отмахаешься», – оценил я ситуацию.

Вслед за псом показался и хозяин, мужик в телогрейке. Он был явно «в хорошем настроении». «Местный алик», – догадался я.