Остров Безымянный

Но наши ребята не думают на этом останавливаться. Они обязательно когда-нибудь станут первыми!

– А как живёт без телесериалов взрослое население?

– Взрослые тоже группируются по интересам. Женщины вяжут, мужчины играют в шахматы, волейбол. Летом устраиваем спартакиаду посёлка, зимой – лыжные соревнования. Участвуют целыми семьями.

Мой природный скептицизм не позволял мне поверить в столь благостную картину:

– А чем занимаются в тёмные зимние вечера те, кто не вяжет и не играет в шахматы?

– У нас в клубе почти каждый вечер читают новую книгу, а потом её обсуждают.

Заодно мы и детей приобщаем к литературе.

– Так не лучше ли прочитать самому, дома?

– Нет, вместе гораздо лучше, поверьте! Вы знаете, какие порой разгораются бурные обсуждения! Ведь сколько людей, столько и мнений. Люди начинают приводить примеры из жизни, узнаёшь много интересного.

Моя спутница замолчала, так как тропа пошла круто вверх, но потом продолжила:

– У нас очень любят петь.

Дело в том, что наши родители приехали на Безымянный из всех областей и республик бывшего Союза, причём в основном из сельской местности. И у нас до сих пор сохранилась сельская, деревенская культура, не только русская, но и других народов. Мы поём, а под настроение многие и пляшут, причём просто в своё удовольствие, под баян. Кто-то один запоёт, все подхватывают. Если вы у нас пробудете хотя бы несколько дней, сами всё увидите.

Чем выше мы поднимались, тем всё больше мне нравилась моя спутница.

Я даже подумал, со спортивным интересом: «А что будет, если гора окажется достаточно высокой?».

Постепенно, по мере подъёма, мы погружались в тишину, нарушаемую только свистом ветра. Звуки птичьего базара стали глуше и теперь не раздражали своей пронзительностью. Они раздавались откуда-то снизу, смешиваясь с чуть слышным шумом прибоя. Вскоре стихли и они. А вот небо с облаками теперь было не только вверху, но и сбоку, а на удалении, на горизонте, так даже и внизу.

Долгожданные фумаролы повстречались перед самой вершиной на покрытом сероватой породой плато. Из отверстий и трещин в почве выходили пар и дым. Большинсво из них, действительно, «шептали», но некоторые ревели, как олень на случке. Вокруг фумарол было много отложений ярко жёлтого цвета.

– Это самородная сера, продукт жизнедеятельности бактерий. Они выделяют её из серосодержащих вулканических газов, – пояснила Полина.