Полное собрание сочинений. Том 14. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть вторая

][294 - На полях рукописи пометки: 1) И опять Петя между ними, но на этот раз с Соней, Наташей и душой спокойный. 2) Vive Henri IV. 3) Pierre конституцию.]

* № 169 (рук. № 89. T. III, ч. 1, гл. XVII—XX).[295 - Второй вариант части текста варианта № 168.]

Прошло более года с того времени, как Наташа отказала Андрею и из своей вечно счастливой, радостной жизни вдруг перешла к тупому отчаянию, которое[296 - Зачеркнуто: только одна религия и дружба с Pierr’ом делали для нее сносным.] смягчила, но не рассеяла религия.

Лето 1811 года Ростовы провели в деревне. В Отрадном[297 - Зач.: не было ни церкви, ни Pierr’а.] были жгуче-живые воспоминания о том времени, когда Наташа чувствовала себя в этом Отрадном столь беззаботно счастливой и столь[298 - Зач.: радостно[й]] открытой ко всем радостям жизни. Она не ходила гулять, не ездила верхом, не читала даже, а молча сидела по целым часам в саду на скамейке, на балконе или в своей комнате.

[Далее см. текст варианта № 168, стр. 51, начиная со слов: С самого того страшного времени, – кончая: была в прежней жизни стр.

Ей радостно было думать, что она не лучше, а хуже, а гораздо хуже всех, всех, кто только есть на свете. Но и этого мало было. Она знала это и спрашивала себя, что же дальше? Ростовы рано поехали в этот год в Москву, и главное для Наташи, которая пугала их своей безжизненностью. Она молчала, слабела и худела, видимо, стараясь только никому не быть в тягость и на всё соглашаться.

В Москве первое время было то же.