В поисках единорога

– Я читала труд Бартоломео Платины, – продолжила разговор Маргарет, решившая, что перед образованным человеком можно не скрывать своих знаний, в том числе и латыни, – библиотекаря Ватиканской библиотеки, не так давно скончавшегося от чумы. Это трактат «О благородных удовольствиях и здоровье». Там собрано множество рецептов итальянских блюд. Есть и пирог с миногами. Правда, сам Платина считает его совсем невкусным и приводит скорее для порядка. У нас же, во Франции, миноги ценятся очень высоко, особенно те, которые подают сегодня, – нантские.

«У нас во Франции» – почему-то сегодня Маргарет споткнулась об эту фразу. Что за странный день: призраки прошлого, неведомого ей и нежеланного, как будто столпились вокруг.

– Лече нам в Италии хорошо знакомо, его тоже называют жареным молоком, хотя блюдо считается испанским. Молоко, мука, специи сахар, и все это обжаривается в масле (мы предпочитаем оливковое, а вы здесь, как я понимаю, жарите в животном жире). Сверху сахар – подходит к любому блюду. А что вот это за бесформенная масса, которую поставили перед каждым и называют «фрументи»?

– О, это непременное сопровождение еды.

Мне кажется, оно есть везде. Во всяком случае, в Англии и Фландрии его едят еще больше, чем мы. (Ну вот, опять это «мы»!). Главное здесь – это пшеничные зерна, сваренные в густую похлебку-кашицу.

– А, – догадался Барбаро, – это от латинского «frumentum» – «зерно».

– Добавьте много молока и яиц, и блюдо готово. В мясные дни, как сейчас, вместо молока часто добавляют бульон.

И имбирь, хотя наш повар предпочитает обходиться без него. Иногда сахар, иногда специи, иногда куски мяса, овощи, кому как нравится. Но этот вариант – самый простой и базовый.

– А ярко-желтый он?..

– Из-за шафрана, который добавляют для яркости. В городе жители обходятся и без него, но за королевским столом это было бы слишком просто.

За столом зашел разговор о Московии, и Барбаро принял в нем активное участие:

– Мой дальний родственник, Иосафат Барбаро – сейчас он глубокий старец, а когда-то был славный путешественник и удачливый дипломат, – не так давно закончил книгу, в которой в частности описывает свое путешествие по Московии и Персии.

На этом настоял венецианский дож Агостино Барбариго («Тоже мой родственник», – прошептал он Маргарет). Книга вышла презабавная. Вообще, мы в Италии, мне кажется, гораздо лучше знаем, что такое Московия, чем вы здесь, во Франции.

– Боже мой, но ведь это так далеко! – изумилась Агнесса де Лонгвиль.