Воля дней (сборник рассказов)

 – А что это значит – быть несчастным?

– Ну, это когда сосисок не ешь, и тебя не гладят, – незамедлительно пояснила счастливая собака.

Старый кот задумался.

– Чайки, что живут на прибрежных скалах, а сюда прилетают ковыряться в мусоре, не едят сосисок, и не припомню, чтобы их кто-нибудь гладил хоть раз.

– А чайки, про которых ты говоришь, бывали уличены в злобных поступках? Это важно, ведь это верный признак несчастья.

Кот широко раскрыл белёсые глаза и утвердительно закивал.

– Однажды схватили меня за хвост, когда я копался в помойке.

Пришлось спасаться бегством.

Счастливая собака поблагодарила кота за помощь. Уже уходя, она обернулась на кота и пристально оглядела невзрачного индивида.

– Кот, а ты счастлив? – спросила она прямо.

– Не знаю. Вообще, я сосиски люблю.

– А когда чешут за ухом?

– Не очень. Плохо переношу вторжения в личное пространство. Меня за то и из дома выгнали. Разодрал хозяйского отпрыска, что всё время приставал ко мне – то тискал, то за хвост тянул, – с усмешкой сказал кот.

«Ясно всё», – подумала счастливая собака, вслух же сказала:

– Нужно было проявить к нему любовь, ибо только так можно пресечь зло. А ты всё сделал неверно.

Кот ничего не ответил – блохи вновь впились в старую шкуру. Он принялся судорожно вычёсывать кровососущих жильцов. Когда блохи наконец отступились, собаки уже не было. Оставшись в одиночестве, старый кот попробовал припомнить давно забытый вкус сосисок.

Счастливая собака тем временем отправилась на край побережья, где череда мусорных контейнеров привлекала оголтелых чаек со всей округи.

Ей повезло, и она обнаружила с дюжину чаек, копошащихся в мусоре, при этом шумно переругиваясь между собой.

– О, рыбья голова, чур, моя!

– Тогда за мной та дохлая мышь.

– Она травленая, впрочем, ешь, конечно, – для тебя не жалко.

Затем чайки всей ватагой грубо гоготали и хлопали крыльями.

Счастливая собака только головой качала, глядя на них.

«Анархия, злоба и несчастье.

Кот не ошибался на их счёт», – подумала про себя она.

Подкравшись сзади, собака громко залаяла на птиц, привлекая их внимание. Те же со страху сорвались с мест и, отлетев метра на три, приземлились напротив нежданного пришельца.

– Ты чего?! Зачем пугаешь народ? – обижено загалдели чайки.

– Я не пугаю, лишь хочу вам что-то сказать, а вы послушайте.

– Больно надо тебя слушать! Ты кто есть, чтобы мы на тебя тратили время?

– Я – счастливая собака.