Мор. Книга первая

Ну, здравствуй, старая подруга. Я закрыл глаза.

Сигнал раздался снова. Это был большой трак. Он не успеет остановиться. Слишком близко. Слишком быстро.

Это конец.

Удар пришёлся в бок. Я отлетел в сторону и со всего маха приложился о стену. Загремели упавшие мусорные баки, щедро рассыпая вокруг содержимое. Я повалился на них, что-то подо мной хрустнуло, а сверху навалилась тяжесть. Трак пронёсся мимо, отчаянно гудя, и всё затихло.

Я лежал, стараясь не шевелиться. Болело всё тело сразу. Сколько мне осталось? Хорошо бы поменьше.

Я устал нести этот груз. Всюду и всегда одна только смерть… Так тяжело. Так больно.

Тяжесть на мне зашевелилась. Я ощутил осторожные прикосновения на теле, на лице. Прикосновения человека!

– Эй, приятель, ты как? Живой?

Голос раздавался словно сквозь толстый слой ваты. Я открыл глаза и оторопел: надо мной склонился ангел! Сложенные за спиной белоснежные крылья, светлые, словно бы святящиеся изнутри глаза и нимб – ослепительный золотой нимб над его головой.

– Живой? – снова спросил он и отвесил мне совсем не ангельскую пощёчину.

 – Не спи! Не закрывай глаза.

«Ангел» схватил меня за грудки и помог сесть. Теперь я смог его разглядеть. Это был обычный парень. Светлый искусственный мех на расстёгнутом капюшоне «аляски» я принял за крылья, а фонарь, светивший над его головой, прикинулся нимбом. Я поморщился: и от боли, и от разочарования.

– Ты это… Нарочно, да? – спросил он.

Я отвернулся. Какое тебе дело, парень, до моей никчёмной жизни. Уходи прочь и оставь меня.

Дай умереть спокойно. Но парню было какое-то дело до меня. Он снова похлопал меня по щекам.

– Не надо, ладно? – попросил он, смущённо улыбаясь, а потом затараторил: – Тебе есть, где переночевать? Мы у моста Уильямса обычно собираемся. А в Квинсе, около Корт-сквера, приют хороший, если не хочешь на улице ночевать. Там отличная похлёбка по вечерам. Приходи. Я каждый день там бываю.

Я молчал, и он, кажется, решил, что я и правда его слушал. Его улыбка стала увереннее, даже глаза засияли ярче, а я отметил про себя, что он и без оптических иллюзий похож на ангела: глаза светлые, волосы не русые и не рыжие, точно золотые.

И они вились такими локонами. Я такие только на рекламных картинках видел.

– Не делай так больше, – продолжил уговаривать ангел. – Хорошо?

Он заглядывал мне в глаза с надеждой, и это было так непривычно. Чтобы человек был так близко, чтобы спрашивал, как я, чтобы беспокоился. Обычно всем наплевать… А ещё он касался меня.