Переплетения смерти

Пленник с трудом переваривал мои слова, и в его глазах вновь вспыхнул огонёк сумасшествия. Я с сожалением посмотрела на него и, ничего не говоря, вышла из тёмного, мрачного помещения. Мне захотелось сейчас же оказаться в лесу и глотнуть свежего воздуха. Вдохнуть запах листвы и ощутить синее небо над головой. Я рвалась на свободу, которую могли отобрать в любой момент, сделав меня такой же узницей, как несчастный пленник, томившийся в темнице. К вечеру я вернулась в замок и первым делом спустилась в подземелье.

– Рад вас видеть, миледи, – произнёс барон Эрвин Хогарт.

Его голос был ровным и спокойным, что меня очень порадовало. Безумие отступило, но надолго ли? Оно могло проявиться когда угодно, ведь время, проведённое в заточении, наложило тяжёлый отпечаток на этого человека. Отчаяние, голод и одиночество заставили забыть о прежней жизни и погрузили разум несчастного в пучины тёмного помешательства.

– Как Ваше имя? – спросил барон.

– Матильда.

– Я благодарен за всё, что вы уже сделали для меня.

И не смею просить ещё об одной услуге.

– Говорите, милорд. Буду рада помочь.

– Я здесь уже много лет. Сколько точно, не знаю. Меня беспокоит моя семья. Жена, сын. Не могли бы вы разузнать что-нибудь о них?

– Постараюсь, но будет лучше, если вы сами их навестите.

– Но как? – удивился узник.

– Предлагаю покинуть это мрачное место. В подобных обстоятельствах побег – наилучшее решение проблемы.

– Побег? – лицо Эрвина осветилось надеждой и радостью. Затем оно исказилось гримасой мучительной борьбы, и судорога сотрясла всё тело барона.

С недоумением глядя на меня, он лихорадочным шёпотом принялся повторять:

– Побег, побег, побег.

Его идиотский смех с высокими переливами внезапно зазвучал громким эхом в подземелье, и я вновь потеряла друга. Следующие пару дней всё происходило примерно так же. Барон то вспоминал прошлую жизнь, то вдруг впадал в забытьё и долго лежал без движения. Но вскоре он стал вести себя вполне адекватно, и это давало надежду на осуществление моих планов.

Я опасалась загреметь в монастырь, поэтому мне необходимо было покинуть замок. Но уйти в неизвестном направлении казалось слишком рискованным. Я рассчитывала укрыться в замке барона Эрвина хотя бы на первое время. Порывшись в сундуке отца, разжилась мужской одеждой. Пленнику она, кажется, могла оказаться впору. Стащив немного монет и украшений из тайника матери, я припрятала их в лесу, обеспечивая тем самым ещё один возможный путь к свободе.