Переплетения смерти

Хотя, может быть, я отделаюсь лишь тем, что на меня накричат и отправят в монастырь на всю оставшуюся жизнь. Что, естественно, не соответствовало ни моим планам, ни желаниям. Оставаться у Хогартов мне тоже совершенно не хотелось, ведь это означало замужество. Само собой, выходить замуж за подростка я вовсе не собиралась, даже представить себе такого не могла. И почему меня забросило в средневековье – эти варварские «тёмные века»? А у смерти, оказывается, есть чувство юмора, только юмор этот, оказывается, чёрный. Моя прошлая жизнь испарилась в секунды, превратив меня в узницу чужого тела.

Какой была та тринадцатилетняя девочка, место которой я занимаю? И где её душа? В каком мире? Я опустилась на сундук и подтянула колени к подбородку. Обняв их руками, уставилась на ящики и мешки вокруг. Тоскливые ощущения пустоты и одиночества навалились на меня. Окончательно выбили из колеи и заставили почувствовать нестерпимое отчаяние. Я потеряла любовь и счастье – всё, чем дорожила. Невозможность вернуться в прошлое вынуждала меня жить по другим законам. Но я не могла мириться со своим теперешним существованием. Да и кому под силу подобное испытание? Мысли в голове смешались, а сердце сжалось от боли. Вдруг безумно захотелось увидеть Вита. Уткнуться в родное плечо и почувствовать его крепкие объятия. Уверенный голос друга всегда успокаивал меня в минуты волнений. Наши совместные вечера, наполненные теплом и светлой радостью, приносили настоящее душевное удовлетворение. Лишившись всего этого, я словно потеряла опору и осталась без защиты и поддержки близкого человека. Но, сказать по правде, дни, проведённые в новом мире, настолько поразили меня, что первое время я почти не думала о любимом. Он казался туманным воспоминанием, нереальным и запредельным. Я смотрела на людей в странных одеждах, на стены замка, окружавшие меня, и боялась утратить разум. Уяснить происходившее было настолько сложным, что даже не знаю, как справилась с этим. Теперь я могла мыслить спокойнее и уравновешеннее. Это совсем не означало, что я позволила себе расслабиться. Меня не отпускало постоянное душевное напряжение, но такое состояние, по крайней мере, поддавалось объяснению. Обстоятельства, в которые я попала, не давали вздохнуть свободно, они лишь усиливали мои волнения и переживания.

В дверь постучали, и после моего приглашения войти на пороге показались Эрвин с братом.

– Добрый день, миледи! – пожелал мне бывший пленник. Его новый облик просто поразил меня.