Переплетения смерти

Всё наладится, поверьте мне. А сейчас пора возвращаться в замок. Скоро стемнеет, и на открытой местности оставаться будет небезопасно.

Сумерки, действительно, уже начали покрывать землю таинственными тенями и окрашивать листву в едва заметные голубые оттенки. Воздух стал прохладнее и более влажным, а на белых облаках, плывущих высоко над нами, засияла оранжевая кайма заходящего солнца. Оседлав лошадей, мы направились к замку Хогартов. Обратный путь верхом я проделала намного уверенней. Конь, послушный моим движениям, лёгкой рысью бежал к дому.

Я всё время поглядывала на Патрика, удивившего меня силой характера. Как взрослый мужчина, он не боялся ответственности за собственные поступки. Вскоре мы увидели видневшиеся вдали башни замка. Окутанные вечерней дымкой, они выглядели загадочно на фоне темнеющего неба. Наваждение исчезло, как только мы очутились среди людей. Рыцари, прачки и ремесленники высыпали во внутренний двор замка после трудового дня. Они пересмеивались между собой, пили вино и обсуждали какие-то важные для себя события. Мы с Патриком спешились и отвели коней в конюшню. Парню не терпелось разузнать о самочувствии отца, и первым делом мы направились в спальню барона, где увидели Марка, сидящего у кровати брата.

– Дядя, как он? – взволнованно спросил Патрик.

– К сожалению, неважно. Приходит в себя, но ненадолго. Никого не узнаёт, бормочет странные непонятные слова, будто в бреду. Врач дал ему успокоительное и велел надеяться на милость Господа нашего.

– Дядя, вам нужно поесть и отдохнуть.

Идите, я сменю вас у постели отца.

– Хорошо, Патрик, но я скоро вернусь. Миледи, – обратился он ко мне, – не хотите ли со мной поужинать?

– Благодарю вас, милорд, я предпочла бы остаться здесь.

Когда за Марком закрылась дверь, Патрик повернулся ко мне:

– Благодарю за вашу поддержку, миледи, а теперь давайте помолимся. Возможно, Господь наш всемогущий и милосердный услышит наши мольбы и поможет моему отцу.

Патрик опустился на колени у постели Эрвина и молитвенно сложил руки на груди.

Закрыв глаза, он прошептал:

– О, Господь мой, Создатель мой, прошу помощи твоей. Даруй исцеление рабу твоему. Омой кровь его лучами Твоими. Только с помощью Твоею придёт исцеление его.

А я молиться не умела и ничем не могла помочь. Но Патрик нуждался в поддержке, а потому я встала на колени рядом с ним и постаралась повторять его слова. Слёзы сочувствия текли по моим щекам, и всем сердцем я желала Эрвину избавления от болезни.