Зови меня Закатом

 – Эй, куда разгружать?

Из-за сложенных бревен вынырнул давешний баечник, хекнул удивленно, узнав. Крикнул, высунувшись за частокол:

– Лист! Тут солому притащили. И работник новый, который вчера пришел.

К ним вышел Лист, больше похожий на маленькую передвижную крепость. Критически оглядел Заката и тачку, поручил коротко:

– Затолкай между кольями, которые уже поставили.

Кивка ждать не стал, ушел, подхватив по пути стоявший у бревен топор. Закат слышал, как кому-то тут же влетело за головотяпство, и снова размеренно застучало железо, полетели щепки с будущих кольев.

Пай не ушел, так что Закат припряг его к работе. В четыре руки тачку разгрузили быстро, укладывая пучки хрустящих остьев. Баечник, назвавшийся Редькой, показал, как их утрамбовывать, протягивая между бревнами веревку, а затем – как забивать мхом щели. Тут вернулся Лист, обозвал всех троих лоботрясами, послал обратно к старосте за новой соломой. По пути баечник покаялся – штуку с мхом он придумал сам, и по хорошему запихивать в щели его надо было после того, как установят все колья.

– Но тогда кто ж мне даст! А сейчас милое дело, все вокруг частокола крутятся, все время работа есть. Если я вместо отдыха с мхом вожусь – кому какое дело?

Редька соловьем разливался, описывая достоинства утепленного мхом частокола, Закат слушал – как того соловья, ничего не понятно, но звучит красиво. Пай задавал каверзные вопросы – а ну как дерево загниет? Баечник горячился, объясняя, как он сушил нити мха… Так дошли до старостиного забора, Пай придержал калитку, помогая закатить тачку во двор…

– Эй, селяне!

Закат медленно обернулся, понимая, что жить ему осталось не дольше вздоха.

– Воды нальете герою?

Закат кивнул молча, глянул на Пая, который тут же понятливо перехватил тачку. Подошел к колодцу, быстро крутанул ворот, доставая ведерко.

– Вот спасибо!

Рыцарь принял ковш обеими руками, выхлебал воду, отфыркиваясь. Закат отошел к открытому амбару, надергал пару охапок соломы, бросил в тачку. Покатил вверх по улице. Спина закаменела в ожидании еще одного окрика, удара, но вместо них донесся вопрос:

– А что, сложно было Темного победить? – конечно, Редька не мог не попытаться выяснить подробности из первых рук.