Девушка в чужом платье

***

– Кого это ты привел? – легкое дуновение ветра донесло до меня приятный женский голос. – Я пойду поздороваюсь.

Передо мной возникла привлекательная женщина, которая с легкостью могла оказаться хозяйкой этого самого дома, художественного творения искусных мастеров.

– Добрый день, деточка, – обратилась она ко мне, – надеюсь, вы не сильно переутомились.

– Ну что вы, нет! Я уже закончила. Вот, принимайте работу. – В действительности же я валилась с ног от усталости, жары и обезвоживания.

– А здорово получилось, – женщина оглядела мое творение.

 – Константин, подойди к нам, посмотри, – окликнула она молодого человека. – У меня именины на носу, приглашено более сотни гостей. Такие хлопоты! Все подделать, убрать, выстроить заново веранду, которая сгнила этой зимой, рухнула и придавила ногу моему благоверному мужу. А я ему, между прочим, говорила – обрабатывай деревянные столбы перед тем, как вкопать их в землю, неровен час, рухнет твоя постройка. Но нет, он меня не послушал. Когда ведь мужчины слушают кого-то, это малые дети. Теперь вон сидит беспомощный, сиську просит.

Я молча надеялась, что это весь рассказ, которым она хотела со мною поделиться.

– Мам, ты меня звала? – к нам подошел Константин.

Я беззвучно хихикнула. И кто из нас теперь мажор?

– Посмотри, какая чудесная работа, – с милой, приветливой улыбкой указала она на забор, как на восьмое чудо света.

– Впору наниматься в подряд, – прошептала я, продолжая топтаться на месте.

– Я слышал, что там отлично платят, – подмигнув, сказал сын хозяйки.

Так-так-так!

– Вы наверняка проголодались, милое дитя. – Меня сейчас стошнит от любезностей этой женщины.

– Нет, мам, она уже уходит, – быстро сказал владелец «мерседеса» и, схватив меня за локоть, потащил к выходу.

– Э-э… – Я попыталась перехватить внимание на себя. – Вообще-то я бы перекусила. Со вчерашнего утра у меня во рту не было ни крошки! – кинула я злобный взгляд в сторону Константина.

Женщина любезно предложила пройти в столовую и отобедать с ней.

Она потихоньку двинулась в сторону дома. Константин и я оставались неподвижно стоять возле забора. В руках я по-прежнему держала банку с остатками краски.

– Идем же, деточка, – обернувшись, позвала меня мама Константина.

– Костя, значит, – окинула я взглядом моего потерпевшего. В ту же секунду банка с ядовито-зеленой краской оказалась у него на голове, зеленая тягучая масса медленно стекала по лицу и белой рубашке.