Фальшивые императрицы и следователь Железманов

Я порой даже свой кабинет для этого предоставляю, если погода плохая и нельзя погулять во дворе, а так во время прогулки или игры на свежем воздухе мальчика вообще могут позвать к ограде, поговорить через нее. Знакомым родственников ученика тоже бывает недосуг много терять времени на свидание с чужим ребенком. Так, привет передали, кулечек с гостинцами отдали, по голове погладили и до свидания. Поэтому точно сказать я не могу. Хотя вспомнил! Он два дня назад угощал ребят яблоками. Я спросил: «Откуда?» А он мне пояснил, что родные с оказией передали.

– То есть визитер был, но родственником он, скорее всего, не являлся?

– Да, скорее всего, – согласился директор.

– Скажите, а сам Саша вчера вечером не покидал семинарию? У вас разрешается свободный выход в город?

– Нет, свободного выхода в город у нас нет, воспитанники не покидают стен учебного заведения во время занятий. Вчера вечером у второго курса были занятия по ручному труду, все ученики класса были на месте, и на ужине были все.

– Точно все? Может, кто-то незаметно вышел из класса или столовой?

– Если бы на уроке или в столовой не оказалось кого-либо из мальчиков без уважительных причин, то меня бы поставили в известность.

А наши педагоги всегда очень внимательны, знают всех учеников в лицо и не могли пропустить отсутствия мальчика. А в девять вечера у нас калитка закрывается, и никто не может ни войти, ни выйти, – горячо стал заверять директор.

– Хорошо, я верю, – был вынужден согласиться следователь.

– Так я зову Сашу? – спросил педагог.

– Да, будьте любезны. Мы вначале побеседуем, а потом я заберу его, мы съездим в морг: надо опознать тело.

– Хорошо, только, если возможно, привезите мальчика обратно или хотя бы посадите его на извозчика, его ждут и так не самые приятные эмоции, я бы не хотел, чтобы после них он один шел через весь город. Как бы от излишних эмоций под лошадь не попал, – попросил директор.

– Не беспокойтесь, – кивнул головой следователь.

– Здравствуйте, – раздалось в кабинете через пару минут.

Директор вернулся в кабинет вместе с мальчиком, а точнее юношей. По лицу, прическе, манере держаться было видно, что это обычный крестьянский паренек, который мог и ловко управляться с повозкой лошадей, и пахать землю. Форменная одежда сидела на нем немного мешковато, однако на следователя будущий учитель смотрел хоть и смущенно, но без испуга. Иван Васильевич не мог не обратить внимания на рост и руки мальчика. Он был высокий, с крупными ладонями.