Фаина Федоровна

Но оттуда такие привозят…

– Но хоть халат-то дадут?

Мне страшно не хотелось надевать свои старые, студенческие. У одного воротник стоячий под горло, как у санитарки, в таком надо было ходить на занятия по хирургии. А второй стал за семь лет немного мал и застирался. Да и вообще… Я заходила тем летом в магазин «Спецодежда», но там были только серые и синие. Ещё кого-то поджидал байковый, совершенно чёрный. Но всё это не годилось для меня.

– Боюсь, врачебные халаты на вас все будут велики. У вас какой размер?

– Сорок четвёртый.

– Сейчас к сестре-хозяйке схожу.

Она ушла, а я уселась на кушетку и огляделась.

Кабинет мне понравился. Просторный, светлый. В нём был ещё дополнительный отсек, очевидно, выкроенный из части чулана, расположенного в торце коридора и отделённый от основного пространства кабинета ширмой. Я прошла туда.

– Это для хирургических манипуляций, – сказала Фаина Фёдоровна, появляясь с грудой халатов.

– Каких манипуляций?

– Разных. Пункций, вскрытий абсцессов, фурункулов, разрезов барабанной перепонки… Я тут и столик для хирургических инструментов поставила.

– Наверное.

Она с недоверием на меня посмотрела:

– Что ж…

Она взяла из кучи первый халат и раскинула его, подавая, чтоб я его надела. До этого мне на трезвую голову подавал пальто только мой собственный папа. Сначала он одевал маму, а потом меня, когда мы втроём ходили куда-нибудь по праздникам. А институтские наши парни мне подавали пальто только по большим пьянкам.

Я неумело влезла в рукава.

Ни один халат впору не подошёл. Я смотрелась в зеркало, повёртывалась… Фаина Фёдоровна вздыхала, одёргивала полы, поправляла на мне плечи, чтоб лучше сели… Наконец мне надоело. Я сказала, остановившись на двух последних:

– Пускай будут эти. Великоваты, но ведь я буду сидеть, а сидя всё равно ничего не видно.

– Может, ещё поправитесь. – Фаина Фёдоровна убрала эти халаты из общей груды и свернула.

Я хотела их взять.

– Давайте, я дома поглажу.

Она посмотрела на меня почему-то сердито.

– Отдыхайте. Вон вы какая худенькая. Регистратура на завтра уже раздала все талоны. – Сказано это было таким тоном, будто назавтра мне предстояла война и рытьё окопов. – Идите, идите! Я вам сама всё приготовлю.

Я сказала: «Спасибо!» – и пошла домой. Волнение моё улеглось. И почему-то возникла уверенность, что я со всем справлюсь.

Назавтра халаты были постираны, накрахмалены и идеально отглажены.