Кенелм Чиллингли, его приключения и взгляды на жизнь

], – мог ли он оказаться в таком щекотливом положении, не опозорив тем самым холодную и древнюю кровь «трех рыб»?

А потом лично для Кенелма, независимо от «трех рыб», какое унижение! Он отказался от того вступления в действительную жизнь, которое готовил ему отец, и упрямо выбрал себе иной путь, взяв всю ответственность на себя. И вот в тот же день в какую глупую историю он попадает! Чем оправдать свое поведение? Дрянной мальчишка, то рыдавший, то смеявшийся, и вместе с тем такой хитрый, что сумел обвести Кенелма Чиллингли вокруг пальца, заставил его, человека, который воображал себя гораздо умнее своих родителей, человека, получившего почетные отличия в университете, человека с самым серьезным характером, человека с таким критическим складом ума, что ни в искусстве, ни в природе не было закона, в котором он не нашел бы ни сучка, ни задоринки, – впутаться в историю, о которой было не слишком приятно размышлять.

Сам мальчик, когда Кенелм время от времени поглядывал на него, начинал казаться ему каким-то чертенком.

Иногда он громко смеялся, иногда тихонько плакал, иногда замолкал, казалось, погружаясь в думы. Дважды, когда они приближались к Тор-Хэдему, Кенелм слегка толкал мальчика локтем, говоря:

– Мой милый, я должен поговорить с тобой.

И дважды мальчик, отстраняясь, задумчиво отвечал:

– Тише! Я думаю.

Так, совсем загнав бедную лошадку, они въехали в Тор-Хэдем.

Глава III

– Теперь, юный сэр, – спокойным, но решительным тоном сказал Кенелм, мы в городе, куда я должен был вас отвезти.

И пришло время нам с вами проститься.

– Нет, нет, побудьте, со мною еще немного. Мне становится страшно – я так одинок.

И мальчик, который до тех пор уклонялся от малейшего прикосновения Кенелма, ласково прижался, к нему и взял его под руку.

Я не знаю, что читатели, до сих пор думали о Кенелме Чиллингли, но среди всех изгибов и извилин его причудливого: нрава был один путь, который вел прямо к его сердцу – стоило только быть слабее его и просить его покровительства.

Он вдруг повернулся, не думая больше о нелепости своего положения, и ответил:

– Ах ты звереныш этакий! Ну ладно, будь что будет, а я не брошу тебя в беде. Но следует подумать и о бедной лошадке. Хотя бы ради нее скажи, где нам остановиться.

– Право, не могу сказать, я никогда здесь не был. Поищем какой-нибудь спокойный отель. Поезжайте медленно – может быть, по дороге мы увидим что-нибудь подходящее.