Обломки цивилизации. Разрушенные

Мало того, что здесь была самая большая домашняя библиотека, которую мне приходилось встречать, так еще и на полках стояли разные милые безделушки. Я приметила очаровательную старинную куклу с большими глазами в нарядном платье, глиняные статуэтки, небольшие вазочки с сухоцветами. Сколько же души было вложено в обустройство этого жилища! У нас было чисто и уютно, но как-то серо по сравнению с домом Ровена. Мама не особо увлекалась украшательством, только немного картин и все. Ее единственным творческим хобби было рисование, на остальное у мамы не было времени, а может и желания.

– Нравится? – я так увлеклась изучением рукоделия и книг, что не заметила, как дед Сан подошел ко мне, и вздрогнула от неожиданности.

– Я просто в восторге! – я повернулась к деду. – Я нигде не видела столько книг сразу, кроме школьной библиотеки. Хотя, наверное, даже там книг меньше, чем у вас.

– Любишь читать?

– Да, очень. Обожаю все эти старые книги, в которых описан совершенно другой мир.

Читая такие истории, я как будто вырываюсь из этой тусклой, унылой жизни и путешествую по прекрасным вселенным.

– Да, я тоже ценю книги за возможность воспарить над нашей непростой жизнью. Они для того и создавались, чтобы отвлечь человека от повседневности, дать сбежать в другую реальность, отдохнуть от проблем, – дедушка оказался весьма приятным в общении. Как здорово встретить того, кто разделяет твою страсть к чтению!

– Жаль, что их перестали писать, – я так увлеклась разговором, что забыла про всякую осторожность.

 – Меня всегда удивляло, в чем причина этого явления. Ведь писательство не является запретным.

Осознав, что я затронула острую тему, я в панике прикрыла рот ладонью.

– Не бойся, милая, в нашем доме можно говорить обо всем, – дед Сан ласково погладил меня по голове и предложил присесть на диван. – Мы из тех, кто жаждет иной жизни и рады поговорить с такими же бунтующими душами, как мы.

– Дед тебя вербует в активисты, Тирша? – Ровен как раз зашел с подносом на котором громоздились три чашки чая, сахарница и тарелки для пирога.

– Никого я не вербую! – дед Сан поднял ладони, как будто защищаясь. – Просто рассказывал девочке, что с нами можно поговорить на запретные темы и не получить за это койку за решеткой. Твоя подружка – большая любительница книг. Ты знал, Ровен?

– Нет, – Ровен осторожно поставил поднос на кофейный столик у дивана, я начала помогать ему расставлять посуду.