Обломки цивилизации. Разрушенные

– Не смешно ни разу! – я его одернула.

– Да брось! Когда попадешься пару раз, будешь воспринимать все с юмором спустя время. Надо относиться к жизни проще. Много переживаешь – много страдаешь. Так говорит мой дед. Думаю, он поумнее твоей мамы будет. Без обид.

– Ну, что ты, – я улыбнулась. Мне очень нравился дед Ровена. Мои дедушки с бабушками умерли, когда я была еще совсем ребенком. Я уже начинала воспринимать деда Сана как своего. Мне хотелось, чтобы он был моим дедом.

– Ладно, спасибо за урок, но мне нужно домой.

Обещала помочь маме с готовкой и уборкой.

– Приходи завтра утром вместо школы.

– Подбиваешь меня на прогул? – я смотрела на Ровена, прищурившись.

– Да, – Ровен широко улыбался. – Ты же и так умная. Ничего нового там не расскажут. А всякие глупые уравнения по математике в жизни абсолютно не нужны, равно как и лживая история.

– Хорошо. Я приду, – мне удивительно легко было решиться. С Ровеном намного интереснее, чем в школе. Да и никого в школе наши прогулы особо не заботят.

Разве что моих родителей. И то папа иногда сам меня берет на свалки вместо уроков. Так что, думаю, я ничего не потеряю, если один день пропущу.

На следующий день я сделала вид, что пошла в школу, но на полпути завернула назад и через чужие дома пробралась к Ровену. Мы снова пошли в лес. Целых два дня вместо школы я провела с Ровеном на нашей тренировочной полянке. Я не чувствовала вины за прогулы. Все знания, что нам дают в школе, можно получить самостоятельно из учебников, а вот стрелять в школе не научат.

У меня были свои приоритеты. Зарядку я тоже начала делать. Ровен прав, мне нужны крепкие мышцы.

С каждым разом я все лучше и лучше стреляла и в четверг после тренировки Ровен сказал, что на выходных сделает мне мой личный лук. Мы также продолжали охотиться. Я начала спокойнее к этому относиться и уже успела подстрелить одну перепелку самостоятельно. Родителям я говорила, что Ровен просто дарит мне мясо. Не могла же я сказать им, что прогуливаю школу? Родители шутили, что раньше парни во время ухаживаний цветы и конфеты дарили, а сейчас добытое на охоте мясо, как первобытные люди.

– Очень романтично! – говорил папа каждый раз, когда я приносила добычу.

Я только отмахивалась от них, чувствуя себя неловко. Но ведь Ровен действительно дарил мне мясо. Я всего один раз подстрелила птицу сама. Почему он был так щедр? Ведь они с дедушкой не пировали, а мой папа достаточно зарабатывал, чтобы покупать продукты в магазине.