Диета профессора Фонклон

Словно необходимость помочь ей оторвала серьезного господина от важных дел.

– Вы очень любезны, – она одарила чародея состряпанной улыбкой. – Но я сейчас как раз иду к лекарям, они меня немного подлатают.

– Не подлатают, – возразил он твердо. – Все три мага-лекаря в отъезде и будут только вечером.

– Как так?

– Это я спрошу чуть позже у вашего ректора. А пока предлагаю решение: я мажу вас универсальной лечебной мазью и усиливаю ее эффект заклинанием. Вы знаете, я проделывал подобное много раз. Лучше варианта в голову не приходит.

Тина нахмурилась. По большому счету господин Кантир предлагал дело. Конечно, можно было добраться до города и найти лекаря там, но боль усиливалась и носиться в поисках помощи долго не хотелось. Жаль, в рубежной академии не учат магическому лечению! С другой стороны, даже в самом крайнем случае она все равно бы не решилась доверить свое тело адепту. И духи не знают, что новичок может с ним нагородить…

– Хорошо, – согласилась она. – Идемте в мой кабинет.

Куратор Кантир любезно открыл перед ней дверь, и профессор Фонклон зашла внутрь здания. В голову несмело постучалась странная мысль: мазь не терпит посторонних рук. Чтобы воздействовать на нее заклинанием, маг должен не только изготовить ее сам, но и лично нанести на больное место. Тина тяжело проглотила слюну. Прикосновений этого мужчины решительно не хотелось. Набрала в грудь воздуха, чтобы отказаться от процедуры, но плечи заныли с новой силой и чародейка прикусила губу. Ветер с ними, с чужими руками, надо что-то делать с болью!

Глава вторая.

Неудачная шутка

Кабинетом Тина называла небольшую светлую комнату с двумя письменными столами, тремя стульями, набитым фолиантами книжным шкафом и уставленным склянками с магическими снадобьями узким пеналом из черного дерева. Госпожа Фонклон делила комнату с коллегой профессором Утдомом, но тот изучал размножение животных и бывал в академии только ранней весной в брачный период драконов. Лекции читал тогда же.

Все остальное время Тина использовала помещение по своему усмотрению. Например, сегодня она сменила здесь академическую форму на оранжевое платье и ее будничный наряд красовался на вешалке у окна. Совершенно неуместно для рабочего помещения, но такое положение дел ей нравилось больше, чем переодевания в закутке за сценой рядом с адептами.

– Пахнет вашими духами, – глубокомысленно констатировал куратор Кантир, когда она открыла дверь и впустила его внутрь.