Тайна Шипки, или Загадка семьи следователя Железманова

По двое, а то и по трое (для малорослых) солдаты проскакали последние версты и обрушились как гром среди ясного неба на головы противника, готовившегося праздновать победу. Вместе на одной лошади скакали, а потом плечом к плечу рубили противника два друга, бойцы 2-й роты 16-шл батальона – поручик Железманов и подпоручик Томилов. В какой-то момент ятаган турка стремительно полетел в сторону виска Железманова, но его друг сумел перехватить намечающийся удар, грозное оружие соскочило и чиркнуло по плечу подпоручика.

Раненого Томилова, как и других пострадавших на поле боя, приняли на излечение жители болгарских деревень, и уже через две недели Антон Федорович был опять на боевых позициях, рядом со своим другом, с которым почти не расставался. Вот и сейчас он делился с другом самым сокровенным:

– Тревожно мне, очень даже тревожно, – говорил он, поглядывая через плечо на заснеженные горы.

– Я понимаю тебя, но ты обязательно справишься, ты не первый раз идешь в разведку, ловкости и хитрости тебе не занимать, ты обязательно вернешься, – успокаивал его Андрей Петрович.

 – Неужели ты думаешь, что ты не ловчее этих турок? У них государство вот-вот развалится.

– Ну не скажи, воевать они умеют, вон как мы крепко тут засели, а летом казалось, что все раз-два и закончим, освободим братьев-болгар.

– Освободим, обязательно освободим, вот увидишь, и завтра все гладко пройдет.

– Хотелось бы надеяться, – голос Томилова звучал неуверенно.

– Слушай, я тебя не узнаю, ты никогда ничего не боялся, всегда был такой смелый и решительный, меня спас от верной гибели.

– Во-первых, мне раньше нечего было терять, я сейчас есть что, – молодой человек многозначительно замолчал, но собеседник понял его и так, правда, только отчасти.

– А что «во-вторых»?

– Не понял?

– Ты сейчас только что сказал «во-первых». Значит есть и «во-вторых»?

– Да есть, – Томилов кивнул головой, но продолжать не спешил. Железманов настаивал:

– И что же это? Почему ты не хочешь говорить?

– Понимаешь, мне самому не хочется в это верить, но мне кажется, что… – подпоручик опять замолчал, так и не решаясь произнести вслух то, что крутилось у него в голове и терзало душу.

Уж больно неприятной была мысль, но его друг продолжал смотреть вопрошающе, уклониться от прямого ответа было трудно. Поэтому пришлось выдавить из себя:

– Мне кажется, что в отряде предатель.

– Почему, почему ты так решил? – изумился Железманов.

– Ты сам посуди.