Шанс для разбитого сердца

Овощи и вовсе показались превосходными. Таяли во рту волшебным нежным нектаром. Криста пригубила вина и прикрыла глаза от удовольствия. Терпкий вишневый вкус прекрасно дополнял блюдо. Что бы она ни думала, господина тут ждали и старались порадовать. Ивир удовлетворенно хмыкнул и вернулся к еде.

– Как часто приходится появляться на местных стенах? – поинтересовалась хрустальная госпожа, когда с мясом было покончено и она с чистой совестью занялась содержимым кубка. Помнила, что Ивир не расположен к долгим разговорам, но тишины не хотелось.

Чародей обновил вино в кубках и улыбнулся. Судя по всему, разговоры про магию нежили его самолюбие.

– Несколько раз в год. После каждого набега, – поспешил пояснить он. – Дикомы под руководством местных отражают атаки порождений, но защитную магию стен могу поддержать только я. Или отец. Но князь давно не покидает родного города.

– Боится, что безумие настигнет его вне знакомых стен? – выпалила Криста, но поймала взгляд Ивира и осеклась. Мысленно обозвала себя невоспитанной дурехой.

Все знали, что князь время от времени теряет разум, но говорить об этом с его наследником, наверное, не стоило.

Собеседник хохотнул в кулак:

– Учитывая его магические возможности, бояться должны другие, – залпом опустошил кубок и поднялся из-за стола. – Пойдемте провожу вас в спальню.

Криста послушно последовала за Ивиром. Они прошли по пустому полутемному коридору, пересекли большой, заставленный столами зал и поднялись по широкой лестнице на второй этаж.

Здесь пахло высохшим деревом и пылью, каждый шаг отдавался гулким эхом и почти не было света. Чародейка никак не могла отделаться от мысли, что вокруг ни души. Они с Ивиром вдвоем в огромном замке.

Маг подвел ее к тяжелой двери и, распахнув, пригласил в темную комнату. Криста шагнула внутрь. Успела подумать о магических огнях и только. Зажечь не удалось.

Мужские руки ухватили ее в цепкие объятия. Стало не до магии. Сейчас, когда не было видно лица, Ивир не пугал. Напротив, нос улавливал знакомый запах морской свежести и разум заполняли воспоминания о приятных моментах вчерашней ночи.

Чародей был горяч, нетерпелив, но не груб. Пережитый опыт навсегда отнял у Кристы радость предвкушения, но близость с Ивиром хотя бы не вызывала отвращения после.

– Для женщины, столь рьяно рвущейся в мою постель, вы чересчур нерешительны, – прошептал чародей с легкой насмешкой. Запустил ладонь Кристе в прическу, притянул к себе и обжег губы поцелуем.