Жар ледяного сердца

Ужин показался Вильяру отвратительным: мясо переперченным, соус слишком сладким, картофель недоваренным, салат лежалым, а вино отдавало кислинкой. Все было не так. Рассудив, что дело вовсе не в еде, дракон допил виноградный напиток и направился в свою комнату. Ляжет спать, а завтра будет думать, что и как.

В дверь постучали раньше, чем он успел снять сапоги. Вильяр мысленно приголубил жену упрямой шалуньей и щелкнул засовом. Но в комнату вошел Эдор и трое айшала. Они молча поставили на пол бадью, в которой обычно купался дракон, ведро с водой и вышли.

Эдор прошептал несколько слов и махнул над бадьей рукой. Повалил пар. Вильяр улыбнулся: он не помнил, чтобы приказывал что-то слуге, но помыться перед сном было только в радость. Тем более что исчезала утварь так же мгновенно, как и появлялась.

Дождался, когда Эдор выйдет вон, скинул одежду, прихватил лавандовое мыло и уселся в горячую воду. Прикрыл глаза. Сегодня слуга явно добавил что-то для аромата. Пар дурманяще пах смесью хвои и мяты, а вода умелой любовницей ласкала кожу.

Вильяр намылился и скрутился в бадье в три погибели, ныряя с головой. У драконов емкости для омовения были просторнее, но он помещался и в этой. Вынырнул, довольно фыркнул и откинул голову на деревянный край. Прикрыл глаза и усмехнулся. Если он не приказывал приготовить воду, то это, видимо, сделала жена. Вряд ли Эдор стал бы проявлять инициативу. Хитрая девица! Не хочет общаться, зато собирается поиметь без лишних разговоров. Не отступает от своей цели ни на полшага. Что ж, пусть приходит, там и проверят, кто кого.

Вильяр ополоснулся водой из ведра, вылез из бадьи, постучал по деревянному боку и довольно отметил, что все исчезло. Вытерся привезенным из дома полотенцем и, не одеваясь, нырнул под одеяло. Даже ради визита решительной девственницы он не станет натягивать лишнее. А там, глядишь, его вид скорее отпугнет, чем раззадорит. В конце концов, кого бы Атиль из себя ни строила, соблазнять мужчину она будет в первый раз.

Ох и развеселая ночка им предстоит!

Глава шестая. Ночь обмана

Атиль ждала, когда подействует возбуждающий отвар. Надеялась: тело затребует своего и страх перед постелью уйдет. Прекрасно понимала, с ней не сотворят ничего плохого, но страшно жалела, что не сварила себе что-нибудь для смелости. Дни, подобные этому, бывают нечасто, и струсить в самый ответственный момент для нее было непозволительной роскошью.