А впереди была вся жизнь…

Всё смешалось! Наши аборигены с энтузиазмом применяли с грехом пополам знания дойча[19 - Deuetsch (нем.) – немецкий язык.], полученные в школе. Заодно все обменивались значками и открытками, дарили букетики. Со стороны, это представлялось очень трогательно. Почти как на транспарантах: мир, дружба, фроейндшафт![20 - Freundschaft (нем.) – дружба.] Попутно народ пытался выцыганить у немцев жевательную резинку или хотя бы мятные конфетки «Тик-так» (предел мечтаний для многих).

Я тоже ринулся «в гущу событий», дабы не быть обделённым.

Выделил парочку цветущих немок-медхен, весело наблюдавших за происходящим. Блондинка и брюнетка. Обе тоже в форменных юбочках-рубашках. Они точняк нуждались в опеке. И я решил проявить инициативу в развитии международной солидарности, пока никто её не перехватил.

– Привет! – начал по-русски, дабы привлечь внимание. И тут же зашпрехал: – Wie gehet es dir?[21 - Как твои дела? (нем.).]

Обрадованные гостьи повернулись ко мне. Видимо, они сразу почувствовали себя не столь одинокими в иноземном море.

– Приве-ет, – протянула брюнетка (что мне сразу понравилось, так как вообще имею тягу к чернявеньким). Она тоже хотела показать, что шпрехает по-русски. – Я ест Габби, моя подруга – Магда.

– О, ja! Sehr gut![22 - О да! Очень хорошо (нем.).] – улыбнулся я в ответ. Мой багаж в языкознании был скромен, хотя числился любимчиком «немки» в школе. Однако сейчас будто заклинило, не мог подобрать слова. – Я это… Ихь бин фрёйлих зеен зи (типа, значит, рад вас видеть).

И чуть не брякнул: «Ин Шталинград».

Впрочем, вовремя сообразил, что наступит полный каюк нашим взаимным чувствам. Торопливо добавил:

– Ин Волгоград.

И далее:

– Ихь бин Владимир, штудент (тут понятно без перевода!). И ещё это… Ихь виль фройендшафт шлиссен (в смысле, хочу познакомиться).

Конечно, я ещё только поступал в мединститут, но не сбрехать для меня было равносильно самоубийству. И то верно! Как скажу жизнерадостным иностранкам, что являюсь уроженцем грязного гетто, от вида которого они брякнутся в обморок? Не-ет, так не попрёт.

Надо выглядеть по-советски достойно.

Они что-то мило защебетали. Но слишком быстро, и я не очень допетривал. Иногда отвечал невпопад. Магда нацепила на мою рубашку со здоровенными красными маками значок, символ феста – крошечный, цветной пятилистник с Родиной-матерью в центре. А у меня, к сожалению, ничего не было подходящего. Тогда я пообещал:

– Покажу вам наш замечательный город. Бл…дь, такого вы ещё не видали.