А впереди была вся жизнь…

Правда, веселились, в основном, гости. Волгоградцы больше жались по стеночкам. Я бы тоже потанцевал, но где же Габби с Магдой? Увы, их нигде не было.

Внезапно подскочил плешивый очкарик с микрофоном и магнитофончиком через плечо:

– Радио ГДР. Как вам понравилось выступление группы «Крайс»? Вы слышали о ней раньше?

Я смешался. Давать интервью? Такой поворот не укладывался в моей кубышке. Однако постарался быть раскованным:

– Да, конечно, знаю этих музыкантов. Э-э… У меня на магнитофоне они записаны.

И затянул, почти как немецкие рокеры (мне так показалось):

– Sie ist i-i-immer noch allein…[26 - «Sie ist immer noch allein» («Она все еще одна», нем.) – название хита данной группы.]

Журналист был изумлён моими солидными познаниями. Не иначе, полагал, мы здесь только с медведями в берлоге ревём. Чувствую, я был для него, акулы пера и микрофона, удачной находкой. Он живо затарахтел:

– Какие ещё рок-группы из ГДР вы знаете?

Вот пристал, как банный лист! Однако внутренний голос уже суфлировал, и я выдал:

– Как не знать! Ещё мне нравится «Пудис», «Вир» и «Омега»[27 - «Омега» – венгерская рок-группа.

].

При последнем упоминании корреспондент хмыкнул. И оборвал:

– Данке шён. Большое спасибо.

И свалил. Да хер с ним! Пусть знает наших. В смысле, музыкантов – «Цветы» те же, или «Песняров».

…Меланхоличные волны памяти по-прежнему накатывались на берег сегодняшней армейщины, пока мы направлялись к месту своего боевого задания. Нам никто, разумеется, не объяснил, в чём оно заключается.

Но по выданному оружию в виде ломов, совковых и штыковых лопат уже догадывались, из чего сегодня будет стрельба. Впереди показалось место дислокации в виде полуразрушенной здания, которое не использовалась.

И пока я маршировал, тешил себя мыслью: «Авось, почти неизвестная мне Габби услышит интервью да всплакнёт по несбывшейся страсти к простому русскому хиппаку».

* * *

Замполит роты лейтенант Виктор – неплохой, в целом, парнишка.

В роте его кличут Марксёнышем. Иногда я прикалываюсь с ним, если выдаётся чуток свободных минут. Скорее всего, во мне он чувствовал родную душу, с которым можно размесить словесный понос. Как-никак, я почти интеллектуал по армейским меркам! Правда, отныне сильно засомневался в собственных умственных способностях: не придурок ли – одеть кирзуху, бросив институт из-за вертихвостки?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».