Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья

[313 - Зачеркнуто: Историки объясняют всё это. Тьер говорит, что, получив известие о Тарутинском нападении, на смотру корпуса Нея он решил punir les Russes et faire une belle manaivre и т. д. – слова без малейшего смысла. Тьер решил это, так как все объяснения не имеют никакого смысла.]

Поэтому-то им не может быть интересно то, что происходило в голове и душе этого человека, а мы видим, что он, не имея ни больше власти, ни ума, чем последний солдат его войска, составлял часть всего огромного целого – французского войска.

[314 - Зач.: Между тем французская армия продолжала дограбливать Москву. Состояние]Положение, в котором находилась эта армия, можно видеть из следующих документов. В конце сентября написано было и распространено след. воззвание (М[ихайловский]-Д[анилевский], 141 и 142).[315 - См. наборн. рук., вар. № 292, стр. 172—173.]

Никто не отозвался на этот призыв. Генерал-интендант пишет следующее: М[ихайловский]-Д[анилевский], выноска, стр.

Император, решив, что надо потворствовать суеверию,[316 - Зач.: народа, при[казал]] <велел> fitamenez les popes,[317 - [привести назад попов,]] но на это последовало только следующее донесение (М[ихайловский]-Д[анилевский], выноска 1, 140 стр.) Император несколько раз приказывал остановить грабеж. На это отвечали донесения, говорившие о том, что невозможно остановить грабеж (М[ихайловский]-Д[анилевский], выноски 3, 2, стр. 140).[318 - См. наборн. рук., вар. № 292, стр. 173.]

Дисциплина в армии падала, по гвардии отдавались беспрестанно приказы то о том, что часовые не окликают, то о том, что не делают даже чести императору, то о том, что М[ихайловский]-Д[анилевский] (стр.

[Далее от слов: Положение всего войска было подобно положению раненого[320 - Зач.: зверя, не зн[ающего]] животного, кончая: бежит назад, по самому невыгодному, опасному пути, но старому следу совпадает с предпоследним абзацем гл.

Кто не только из старых, опытных генералов, не говоря уже о самом Наполеоне, кто из солдат, взглянув на этот в 20 верст длины обоз, в 8 рядов, с накраденным добром, блядьми,[321 - Зачеркнуто: и ранеными] не видел, что в таком положении армия не может двигаться по чужому краю, по которому везде рассыпаны враги и нет провианту, но они шли.

* № 264 (рук. № 96. T. IV, ч. 2, гл. XI, XIII).[322 - Автограф.