Солнце в окнах

 – Сейчас загуглю…

Первые позиции поиска отсылали в частные клиники и городские поликлиники, потребовалось время, чтобы узнать нужный адрес.

И этого времени Эльке хватило, чтобы погрустнеть, ещё не протрезвев.

– Ле-етний ве-ечер… Мар, помнишь такую песню? Я её очень любила… Такое отчаяние было в детстве после танцев, когда меня Эдик Петров опять не пригласил, и мы шли по домам, вечер кончался, а я чего-то так ждала, а он не… Ты помнишь Петрова?

– Я смотрю, тебе полегчало, раз ты про него вспомнила! Помню, конечно.

Никогда не понимала, что тебе в нём нравится. Да ладно тебе, были и покруче времена! – оживилась Маргоша. – Помнишь, как эта крыса Прокопчук к тебе цеплялась после уроков? Вот чего ей было надо?! Дура какая-то…

– Да помню… Не, ну тогда просто страшно было, она же драться лезла, а мы с тобой от неё убегали. А Петров… понимаешь… тоска первой любви.

Марго продолжала искать адрес.

Непонятно откуда рядом с ними появился ничем не приметный мужчина среднего роста в костюме тёмно-серого цвета.

– Вам помочь, девушки? – его голос звучал как-то слишком спокойно для вечера танцевальной лихорадки.

Встревоженная Марго охотно приняла помощь незнакомца:

– Да, вы не могли бы вызвать нам такси? Мою подругу нужно в травму отвезти.

– Я могу отвезти вас на своей машине.

Наконец адрес был найден. Мужчина, представившийся Виктором, подал машину как можно ближе к входу в развесёлый Дом Культуры.

Марго принесла вещи из гардероба. Эля только кое-как накинула пальто, снять туфли и переобуть сапоги – об этом она не могла даже подумать. Хорошо, что снегопада не было уже с месяц, и большая часть улиц оголилась асфальтом. Поддерживаемая подругой, подавляя стон при каждом приземлении, Эля допрыгала до машины и почти упала на заднее сидение, притихнув на время.

Затем, немного придя в себя, она позвонила сыну, чтобы тот не волновался и ложился спать.

В травме ждать пришлось долго. Пока Эля сидела, боль была не такой сильной, и подруги тихонько болтали о том о сём. Виктор сидел немного поодаль, деликатно не мешая им разговаривать, совсем как приставленный охранник.

– Знаешь, Мишка недавно взял и изрезал ножницами свою выходную рубашку, – вполголоса рассказывала Эля.