Арианна и Орден темного ангела

И почему меня это не удивляет? Двенадцать – мой любимый номер.

Оставила сумку и кофту на единственном в коридоре столе и, пройдя несколько комнат, остановилась у двери. Постучала и выдохнула. Ну вот и все, через несколько минут я буду знать правду.

В небольшой комнате с белыми каменными стенами было прохладно и неуютно. В самом дальнем ее конце у окна стояли стол и два стула. На одном из них сидел худой пожилой мужчина в белом хлопковом балахоне, который по обычаю носили отшельники.

– Проходите, – сказал монах хорошо поставленным голосом и указал рукой на стул.

Я прошла по каменным плитам и села напротив жреца-отшельника. Вблизи он казался старше. Думаю, ему лет девяносто, не меньше. Поразили его ясные голубые глаза и белоснежная, тонкая, как папирус, кожа.

Отшельник молча смотрел на меня, и я догадалась, что первой должна начать разговор и рассказать о своем желании или просьбе.

– Дело в том, что… – я запнулась, – даже не знаю, как это сказать.

– Говорите по существу, – строго приказал пожилой мужчина.

В его голосе не было раздражения или усталости. Просто напоминание о том, что на всю беседу отведено двадцать минут, в которые следует уложиться.

– Так вот… – Я прокашлялась, отчего-то першило в горле. – Дело в том, что в моей ауре произошли изменения. Она стала меняться, увеличилась в размере, поменяла свой цвет и плотность…

Поймала себя на мысли, что словно сижу на приеме во врачебном кабинете в клинике.

– И что вы хотите от меня? – серьезно спросил монах Феодулий.

– Не думаю, что это болезнь. – Я судорожно вздохнула. – И менять ничего не надо. Просто я хотела бы знать, что это такое и почему произошли изменения.

– Покажите вашу ауру, – попросил отшельник, глядя на мою тонкую желтую полоску эфира. – Раскройте все тела света.

Снова вздохнув, я встала и развернула световые тела, будто крылья. Яркое белоснежное сияние заиграло всеми цветами радуги и заполнило келью.

Монах Феодулий оторопело посмотрел на меня и на мое поле света, неожиданно подскочил со стула, заморгал. Его губы беззвучно зашевелились. А затем он начал хватать ртом воздух, издавая подозрительные хрипы. Кажется, помощь нужна не мне, а ему. Я заглушила ауру и подбежала к отшельнику, беря его за локоть.

– Вам плохо? Я могу помочь? – поинтересовалась и налила из графина воду в одиноко стоявший стакан. – Попейте водички. Успокойтесь.